filin_dimitry (filin_dimitry) wrote,
filin_dimitry
filin_dimitry

Categories:

Книга Живых... Протоиерей Пневский Ариан Петрович

Пневский Ариан Петрович (1924 - 2015), митрофорный протоиерей, почётный настоятель Георгиевского храма города Таганрога Ростовской области, клирик Ростовской-на-Дону епархии

Протоиерей Ариан Петрович  Пневский


Родился 27 декабря 1924 года в семье священника (возможно ставшим им впоследствии) Петра Пневского. Младший брат - протоиерей Петр Пневский.


Война застала его на территории современной Польши. Будучи помощником машиниста на железной дороге, 17-летний юноша с риском для жизни передавал партизанам сведения о продвижении поездов с немецкими солдатами и бронетехникой, а также поездов с советскими военнопленными и угоняемыми на работу мирными жителями. Когда в списках отправляемых в Германию оказался он сам, партизаны забрали его в отряд. Этот отряд входил в соединение под командованием партизанского генерала С. А. Ковпака. Молодому партизану Ариану Пневскому довелось участвовать в рейдах по фашистским тылам и диверсиях, надолго сковывающих действия армии противника.

Из воспоминаний отца Пётра о старшем брате Ариане:

22 июня в 4 часа утра в небе показались самолеты. Они громыхали над селением – на землю падали бомбы, скотина страшно ревела, птицы падали из гнезд... Казалось, наступил «конец света»…

Рядом с нашим домом стояло дерево, на нём – гнездились аисты. Дерево вместе с птенцами рухнуло на землю. Я кинулся помочь птицам, но не успел, не спас…

Мы всё ждали ответного удара с русской стороны. Не дождались…

К десяти часам утра всё вообще затихло, а полдень уже пригнали первую колонну пленных. Многие с Божьей помощью умудрялись бежать, уходили в леса – спрятаться от врага в русской чаще – самое безопасное.

«Немножко стрелять»

Мой старший брат Ариан (ему тогда было 17 лет) сразу ушел в лес, прибился к своим, и сразу получил задание: устроиться помощником машиниста на паровозе, чтобы сообщать нашим, какие составы необходимо уничтожать. Больше двух лет он был глазами и ушами подпольщиков. А самовлюблённые немцы очень обольщались: мол, сын русского священника в те безбожные времена искренне служит «Великой Дойчланд». Решили его поощрить: осенью 1943 года позвал к себе начальник станции Холма.

- Явишься завтра в парадном костюме железнодорожника. Великой Германии нужны надежные машинисты, «будут тебе гут платить»...

При чём тут парадный костюм? О! Первые немцы – ещё бравые и уверенные в своей непобедимости – были очень помпезны: балы устраивали, шиковали, чувствовали себя героями-завоевателями…

Ариан же, услыхав про Германию, сбежал в лес. Там в густой чаще создавалось подполье - благо, оружия с Первой Мировой войны у многих ещё оставалось.


***

На утро явился начальник станции.

- Где «брудер»? – Спрашивает, подозрительно прищурившись.

- Не знаю, - говорю. – Скоро будет…

Немец в крик:

- Врешь! Буду тебя «немножко стрелять»…

Но обошлось – поорал, поорал и уехал. Ночью опять приехали фрицы, ворота разломали и барабанят сапожищами в дверь. Обыск! В шкафу нашли парадный костюм железнодорожника.

- Надевай! – Кричат мне. – Теперь ты будешь паровозы водить.

Я понял: дело плохо! И только они ушли, сел на велосипед в коротких штанах, чтоб на мальчишку походить, и уехал к дяде за 20 км от Холма.

Через месяц вернулся к родителям, в доме у нас стояли немцы. Это были уже не те ликующие воины, уверенные, что через две недели Россия – станет на колени перед «Великой Германией». Теперь они, как побитые собаки, зализывали раны…


Зимы той войны

Все зимы 40-х были для немцев сущим наказанием. Стужа стояла страшная. Фашисты до смерти боялись партизан, ночи, леса…

В самую первую военную зиму собрали все село: «Прочесать чащу 3 км в длину и 2 км в ширину». Впереди выставили наших людей, а сами сзади шли, постреливали… Прочесали: партизан не нашли, а вот шести немцев не досчитались… Погнали нас в церковь, поставили на колени, кричат: «Кто воинов Германии пострелял?»

Мой папа, священник в рясе, с крестом обратился к фашисту:

-Народ у нас верующий, заповедь «Не убий!» все чтут. Разрешите ещё раз пройти лес.


Командир, красный от ярости, хрипит: «Найн!!!» Все вскочили по машинам и уехали. А мы пошли в храм, «Благодарственный молебен» отслужили…


Раненый Петя и ужин на передовой

1944 год. Война шла к концу, и пришла в нашу семью большая радость – письмо от брата Ариана! Больше года мы не знали, где он, жив ли… Зато похоронки шли регулярно. Отец им не верил и молился только о здравии старшего сына. Бог услышал его молитвы, Ариан откликнулся с сандомирского плацдарма (Сандомирский плацдарм - оперативный плацдарм, захваченный войсками 1-го Украинского фронта). Брат писал, что попал-таки к партизанам, потом их отряд влился в армию и был отправлен на передовую.

И случилось чудо: мне выдали разрешение на переход через Вислу в город Сандомир! Еду. Вокруг будто всё вымерло – ни людей, никого! Вдруг – мужичок на подводе. Спрашиваю, как добраться до села «Две Козы». И вот управил же Бог, что человек на подводе ехал как раз в эти самые Две Козы. Мало того, он оказался капитаном части, где служил брат.

- Вы кого ищите? – спрашивает, доставая какой-то список. - Пневский Ариан Петрович? Есть такой!

Вот была встреча, так встреча! Мама, собирая меня в дорогу, нагрузила два мешка еды и питья в баклажках. Пировали все – солдаты, начальство, командир полка… Тот ужин на передовой никогда не забуду.


***

Вернулся я домой. Смотрю, немцы совсем сникли. В июне 1944 года удрали из Холма – ночью, тайком…

В небе шли бои, падали самолёты… Все прятались, а мне не сиделось в погребе – выбегал на улицу, ликовал: враг отступает. Как-то вижу - мечется по улицам немецкая машина типа открытого «виллиса». Я спрятался за куст сирени, но меня заметили, и фашист прицелился прямо в меня… Я - в траншею, надо мной просвистела очередь, посыпались ветки сирени…

А «фрицам» поскорее бы из селения уйти. Рванули они на страшной скорости и влетели на взгорье себе на погибель. Там, на самой вершине – русский танк! Один залп, и от виллиса одно мокрое место осталось. Танкист кричит мне: «Беги к нам!». И руку протягивает. Я схватился в эту русскую руку мёртвой хваткой: шутка ли, впервые забраться на танк освободителей! Офицер спрашивает, далеко ли немцы. Объясняю: в километре, не больше… Поехали. И вдруг в танк бьёт фашистский снаряд! Командир погиб сразу, остальных ранило, меня – тоже. Главное – живой! Бредил, конечно: жар, рана гноилась… Но потихоньку оклемался…


***

Однако, вернёмся к Ариану… Кто бы мог подумать - сын батюшки, в православной вере воспитанный, заповеди свято соблюдающий, отчаянный оказался вояка – Родина в опасности! Тяжкие ранения получал – не счесть. Опять пошли похоронки: «ваш сын и брат погиб смертью храбрых». Отец денно и нощно молился о здравии сына. Неразбериха тогда была страшная: живые числились мёртвыми, погибших родные не спешили оплакивать – ждали, а вдруг… Вопреки всему, надеялись… Так и наш Ариан - вернулся он живой, правда, на костылях…

Брат и сейчас жив, но болеет: возраст, ранения…

После войны мы с ним пошли по стопам отца. Последние годы Отец Ариан служил в Георгиевском храме города Таганрога. Ныне, брат, что называется, пенсионер… Господи, будь к нему милостив, дай силы рабу Божьему Ариану!
(Протоирей Пётр ПНЕВСКИЙ, Июнь 2010 года. http://www.krestianin.ru/articles/16140.php)

***

Через войну Ариан пронёс горячую веру в Бога. Ещё будучи партизаном он принял решение, по окончании войны, если останется жив, посвятить оставшиеся годы служению Богу. В 1945 году он поступил в Одесскую духовную семинарию, которую в 1949 году окончил с отличием.

Был рукоположен в сан диакона, затем - священника. Основной период пастырского служения его пришёлся на годы хрущёвских гонений на Церковь. Об этом времени он впоследствии говорил: "Не дай вам Бог пережить что-то подобное." Иногда лишь благодаря своим воинским заслугам ему удавалось избежать ареста и заключения. Служил во многих городах и во многих приходах Ростовской-на-Дону епархии. Но на каждом месте своего служения стремился принести наибольшую пользу Церкви. Реставрировал храмы, реконструировал молитвенные дома, стремился наладить полноценную приходскую жизнь.

В 1986 году был назначен настоятелем Георгиевского прихода города Таганрога Ростовской области. Здесь он приступил к реконструкции здания храма. Ветшающее, перестроенное из обычного частного дома, здание было заметно расширено и обложено кирпичом, увеличена алтарная часть и произведены многие другие работы, в результате которых здание храма заметно преобразилось.

12 июня 2008 года ушёл на покой, оставшись почётным настоятелем Таганрогского Георгиевского храма.

Скончался утром 9 мая 2015 года, в день 70-летия победы в Великой Отечественной войне, на 91-м году жизни.


чин отпевания протоиерея Ариана Пневского


10 мая того же года в храме святого великомученика Георгия Победоносца города Таганрога состоялись прощание и чин отпевания. Был похоронен на городском кладбище Таганрога близ часовни святого благоверного великого князя Александра Невского, воздвигнутой в честь освобождения Таганрога от немецко-фашистских захватчиков.

Упокой, Господи, душу приснопоминаемого раба Твоего протоиерея Ариана в Своих Небесных Селениях и нас помилуй, яко Благ и Человеколюбец!

Tags: Великая Отечественная Война, книга Живых
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 3 comments