filin_dimitry (filin_dimitry) wrote,
filin_dimitry
filin_dimitry

09(22) марта 2014 года. Святые дня, молите Бога о нас! (ч.3)

Продолжение...

Преподобномученик иеромонах Иоасаф
(Шахов Николай (Иосиф) Иванович, +22.03.1938)

прмч_иеромонах_Иоасаф_Шахов

Преподобномученик Иоасаф родился в 1870 году в селе Ильинском Ярославского уезда Ярославской губернии в семье крестьянина Ивана Шахова и в крещении наречен был Николаем. Окончив церковноприходскую школу, он решил выбрать путь жизни воина Христова и в 1896 году пришел в Николо-Пешношский монастырь Московской губернии и 30 мая 1898 года был зачислен в число братии.
В 1904 году началась Русско-японская война, и настоятель монастыря игумен Савва благословил послушника ехать на фронт, чтобы ратным подвигом послужить Церкви и Родине. Перед отправкой на фронт был отслужен молебен. Игумен Савва сказал в напутственном слове, чтобы Николай, как подобает воину Христову, защищал веру, царя и Отечество. На фронте послушник Николай пробыл рядовым полтора года. После заключения мира с Японией он вернулся в обитель и 12 ноября 1906 года был пострижен в монашество с именем Иоасаф; 18 ноября 1907 года он был рукоположен во иеродиакона, а 8 августа 1910 года – во иеромонаха.
Началась Первая мировая война, стали создаваться дополнительные армейские части, для духовного окормления которых потребовалось увеличить число полковых священников; они особенно были нужны на передовой, где страдания и смерть становились повседневным явлением. В условиях тяжелых боев лишь вера в жизнь вечную могла помочь преодолеть ужас смерти.
В 1915 году настоятель Николо-Пешношского монастыря игумен Иувеналий командировал иеромонаха Иоасафа на германский фронт, где он был определен священником 461-го полка. Иеромонах Иоасаф не скрывался от опасности в тылу или при штабе, он ходил вместе со своей паствой – солдатами – в бой, выносил с поля боя раненых, исповедовал и причащал их и погребал убитых.
Весной 1917 года большевистская пропаганда, разложившая к этому времени тыловые части армии, достигла и окопов, и солдаты все чаще стали спрашивать отца Иоасафа: «Батя, когда же кончится война, кому она нужна, долго ли мы будем страдать?» И священник отвечал так, как повелевал ему отвечать голос совести и долг православного пастыря: «Мы страдаем за одно общее дело, это прежде всего – за веру! во-вторых – за царя! и в-третьих – за наше Отечество! Его мы должны защищать не щадя своей крови».

Иеромонах Иоасаф пробыл на фронте до лета 1917 года, когда монастырское начальство отозвало его в обитель. Несмотря на происшедшие в стране перемены, монастырь просуществовал еще десять лет, и отец Иоасаф подвизался в нем до 1928 года, когда воинствующие безбожники разогнали братию и закрыли обитель. После этого иеромонах Иоасаф приехал в город Коломну с намерением поступить в Голутвинский монастырь, но настоятель монастыря архимандрит Никон, зная, что дни монастыря сочтены, посоветовал ему служить на приходе. Епископ Егорьевский, викарий Московской епархии Павел (Гальковский) направил отца Иоасафа в единоверческий храм Живоначальной Троицы в село Поповка Коломенского района Московской области. В состав прихода входило тогда тридцать деревень. Ревностный пастырь сразу увидел, что дела в приходе находятся в самом плачевном состоянии, в районе проживает много сектантов, которым не оказывается ни малейшего противодействия со стороны православных. И в то самое время, когда безбожное государство беспощадно преследовало Православную Церковь, иеромонах Иоасаф энергично взялся за миссионерскую деятельность, стараясь просветить заблудших, и на этом поприще достиг некоторых успехов – люди стали отходить от сект и возвращаться в православие. В этом приходе отец Иоасаф прослужил десять лет. В 1930 году он был возведен в сан игумена.

8 марта 1938 года власти арестовали его и заключили в коломенскую тюрьму. Допросы начались сразу же после ареста. На вопросы следователя отец Иоасаф отвечал, что по существу своей священнической присяги и по долгу совести он не может быть солидарным с идеалами советской власти; ему не нравится и эмблема, которая принята как государственная, – серп и молот, ему хотелось бы видеть вместо нее на государственных стягах образ Спасителя. До революции он был воспитан в идеалах защиты веры и помазанника Божия и остается при этих идеалах.

– Вы изобличаетесь в том, что неоднократно призывали колхозников к защите веры, – сказал следователь.
– Да, – ответил священник, – я требовал от верующих, чтобы они ходили в церковь, молились Богу и защищали от поругания веру.
– Следствием установлено, что вы в проповеди на праздник Рождества Христова высказали мысль о пришествии Христа, Который поведет борьбу с врагами.
– Да, в моей проповеди было сказано о Втором Пришествии Христовом, и я говорил верующим, что им нужно быть готовыми встретить Христа. И в этой связи я напоминал им о Страшном Суде.


13 марта тройка НКВД приговорила отца Иоасафа к расстрелу, и он был перевезен в Таганскую тюрьму в Москве. Игумен Иоасаф (Шахов) был расстрелян 22 марта 1938 года и погребен в безвестной общей могиле на полигоне Бутово под Москвой.

Священномученик протодиакон Николай
(Горюнов Николай Васильевич, +22.03.1938)

сщмч_протодиакон_Николай_Горюнов

Священномученик Николай родился в 1880 году в селе Обухово Солнечногорской волости Клинского уезда Московской губернии в семье крестьянина Василия Горюнова. Окончив в двенадцать лет сельскую школу, Николай работал вместе с отцом в крестьянском хозяйстве. В 1902 году Николай Васильевич был призван в армию, но получил освобождение от службы, так как был единственным сыном у родителей – кормильцем семьи.
После этого он выехал в Москву в поисках заработка. Будучи воспитан в благочестивой семье, он желал, чтобы его работа была так или иначе связана с церковью. В Москве в то время различными приходами организовывались общества трезвости, и он поступил официантом в одну из чайных, организованную таким Обществом, и проработал здесь два с половиной года, а затем устроился сторожем и алтарником в домовый храм при Первой градской больнице. Здесь он проработал пять лет. Около шести лет он был алтарником в храме Ризоположения на Донской улице. Некоторое время Николай Васильевич работал слесарем на цементной базе в Подольске, где его усилиями был организован кооператив, члены которого плодотворно и успешно трудились; кооператив был упразднен с приходом к власти большевиков.
В 1919 году Николай Васильевич вернулся в родное село и здесь в Успенской церкви стал служить псаломщиком. В 1920 году он был рукоположен во диакона, а в 1924 году за беспорочную службу и примерное поведение был возведен в сан протодиакона. Протодиакон Николай служил в храме до 1929 года, когда власти потребовали от него уплаты такой суммы налога, которую он не в силах был заплатить, и был вынужден из храма уйти; он устроился работать пожарником, а затем рабочим на одном из заводов.

В марте 1938 года власти составили обвинение, в котором писали, что Николай Горюнов является протодиаконом и, будучи враждебно настроен к советской власти и коммунистической партии, систематически среди населения деревни Обухово проводит контрреволюционную агитацию и высказывает террористические настроения против руководителей партии и правительства. 11 марта сотрудники НКВД арестовали отца Николая.
Были вызваны несколько свидетелей, каждого из которых спрашивали, знает ли он протодиакона Николая, и поскольку все они его знали, то так и ответили. Следователь попросил их расписаться в конце страницы, на которой были записаны их показания, а половина ее оставалась незаполненной, и уже в отсутствие свидетелей он написал все, что ему было нужно.

12 марта 1938 года следователь НКВД допросил протодиакона.

– Вы признаете себя виновным в контрреволюционной деятельности, в том, что говорили, что советская власть не дает жить служителям культа, троцкистов сажают и расстреливают за то, что они борются за хорошую жизнь, и в случае войны вы будете бить коммунистов? – спросил его следователь.
– Виновным себя в контрреволюционной деятельности и агитации против советской власти и коммунистической партии я не признаю. Подобных разговоров я не вел, – ответил протодиакон.

15 марта тройка НКВД приговорила отца Николая к расстрелу, и он был перевезен в Таганскую тюрьму в Москве. Протодиакон Николай Горюнов был расстрелян 22 марта 1938 года и погребен в безвестной общей могиле на полигоне Бутово под Москвой.

Преподобномученица послушница Наталия
(Ульянова Наталья Николаевна, +22.03.1938)

прмч_Наталия_Ульянова

Преподобномученица Наталия родилась в 1889 году в городе Ельце Орловской губернии в семье столяра Николая Николаевича Ульянова.
В 1910 году Наталья приехала в Москву, поступила в Новодевичий монастырь и подвизалась в нем на различных послушаниях до его закрытия в 1922 году. После закрытия обители она, как и многие насельницы, осталась жить в одной из монастырских келий, которые были превращены властями в коммунальные квартиры, где к монахиням были поселены люди, настроенные зачастую к вере враждебно.
Послушница Наталья подвизалась в качестве певчей и псаломщицы в московских храмах; в 1930 году она поступила на государственную службу – курьером и уборщицей в Московский городской банк, располагавшийся тогда на Ильинке. Ей в то время пришлось нести в виде трудовых повинностей все те тяготы, которые выпали на долю народа: ее часто мобилизовывали то на очистку снега на железной дороге, то на торфоразработки.
9 марта 1938 года свидетели подписали против нее составленные следователем показания, и в частности что Наталья враждебно настроена к существующему строю, говорит, что в колхозах плохо живется и пользы в дальнейшем от колхозов не будет, что крестьяне голодают, раздеты и разуты. На полянке во дворе Новодевичьего монастыря, против окон бывших келий, она будто бы вела разговоры против колхозного строя, говоря о том, что крестьяне работают день и ночь, а сами сидят холодные и голодные.

На следующий день, 10 марта, послушница Наталья была арестована и заключена под стражу в 7-е отделение милиции Фрунзенского района города Москвы.
11 марта следователь допросил послушницу.

– Вы арестованы за клеветнические провокационные измышления о жизни колхозного крестьянства в СССР, которые распространяли среди населения вашего дома. Признаете ли в этом себя виновной? – спросил ее следователь.
– Не признаю, так как я среди населения Новодевичьего монастыря агитации, касающейся жизни колхозного крестьянства, не вела, – ответила она.
– Вы уличены в контрреволюционной деятельности, которую проводили среди жителей вашего дома. Летом 1936 года вы во дворе бывшего Новодевичьего монастыря говорили, что «при советской власти крестьян загнали в колхозы и тем самым разорили, крестьяне ходят голодные, разутые, раздетые, работают день и ночь, а получать в колхозах ничего не получают». Признаете ли себя в этом виновной?
– Не признаю, так как среди населения своего дома я никакой агитации не вела и о том, что крестьяне живут плохо, никому не говорила.


13 марта следователи провели очную ставку послушницы Натальи со свидетелями, которые показали всё, что требовали от них следователи. Выслушав, послушница отказалась подтверждать эти показания.
15 марта тройка НКВД приговорила ее к расстрелу. Послушница Наталия Ульянова была расстреляна 22 марта 1938 года и погребена в безвестной общей могиле на полигоне Бутово под Москвой.

Преподобномученица монахиня Александра
(Самойлова /.../ Никитична, +22.03.1938)

Преподобномученица Александра родилась 22 апреля 1882 года в деревне Гриднево Гжатского уезда Смоленской губернии в семье благочестивых крестьян Никиты и Евдокии Самойловых. Брат и сестра Никиты Самойлова приняли монашество. Александра окончила сельскую школу и, когда ей исполнилось пятнадцать лет, поступила в Спасо-Бородинский монастырь Московской губернии. В 1919 году монастырь был преобразован в коммуну, и в этом качестве просуществовал до 1931 года, когда безбожные власти уничтожили и те монастыри, которые существовали под видом трудовых артелей и коммун. Инокиня Александра вернулась на родину. Отца уже не было в живых, и она жила вместе с матерью Евдокией Ивановной. Жили они скромно, занимались крестьянским хозяйством, Александра исполняла монашеское правило и пела на клиросе в церкви.
В 1937 году безбожные власти приняли решение об аресте и уничтожении всех священно- и церковнослужителей и монашествующих, и 27 января 1938 года инокиня Александра была арестована и заключена в можайскую тюрьму. В качестве лжесвидетеля был допрошен помощник секретаря местной партийной ячейки, который представил поступки и слова инокини во вздорном и преувеличенном виде, заявив, что та будто бы говорила женщинам-односельчанкам: «В декабре 1937 года будут проходить выборы в Верховный Совет, и будут раздавать листовки, и будете голосовать за антихристов. Вы не отошли еще совершенно от Господа Бога, опомнитесь и воздержитесь от антихристова соблазна, удерживайте и других, за это вас и Бог не оставит и воздаст вам Царствие Божие. Ваше Царство не на земле, где антихристово царство, ваше Царство на небесах». Далее секретарь показал, что в день выборов в Верховный Совет, 12 декабря, Александра на выборы не явилась, и к ней домой пришли члены комиссии по выборам и спросили, почему она не идет голосовать. Та ответила: «Я больная и идти на выборы не могу». Ей предложили довезти ее на лошади, а затем привезти обратно, но она на это ответила: «Все равно я голосовать за антихристов не пойду, я лучше живая в могилу лягу и умру». И она будто бы надела белое платье, легла в постель, скрестила на груди руки и на голосование не пошла.

Вызвав Александру на допрос, следователь спросил ее:

– В ноябре 1937 года вы занимались чтением религиозной литературы среди женщин?
– Религиозную литературу я читаю только сама, приходящим я никогда не читала религиозной литературы.
– 12 декабря 1937 года, в день выборов в Верховный Совет, по какой причине вы не явились на голосование?
– В день выборов в Верховный Совет я не пришла на голосование по своим религиозным убеждениям.
– Следствием установлено, что вы высказывали контрреволюционные убеждения, направленные на срыв выборов в Верховный Совет.
– Никаких контрреволюционных убеждений я не высказывала.
– Следствие располагает данными, что вы заявили членам комиссии по выборам в Верховный Совет, что за антихристов голосовать не будете.
– Я никому не говорила, что за антихристов голосовать не буду; участия в голосовании я не принимала, но по какой причине, я сказать не могу. Виновной себя в распространении контрреволюционных убеждений я не признаю.


15 марта 1938 года тройка НКВД приговорила инокиню Александру к расстрелу. Инокиня Александра (Самойлова) была расстреляна 22 марта 1938 года и погребена в общей безвестной могиле на полигоне Бутово под Москвой.

Tags: Новомученики и Исповедники Российские, Православие, Святые дня
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments