filin_dimitry (filin_dimitry) wrote,
filin_dimitry
filin_dimitry

Великий старец Клеопа Илие, Румынский чудотворец. Снова в Сихастрии (ч.22)

Продолжение...
начало тут:http://filin-dimitry.livejournal.com/104871.html


Не осуждай старика!

Один брат из монастыря рассказал нам:

«Однажды Великим постом, год точно не помню, меня позвали что-то отремонтировать в келии отца Клеопы. Выйдя из своей келии, я услышал сильный шум, который производили трактор, точильный станок и мастерская, и подумал, что сейчас, во время Великого поста, могло бы быть побольше тишины в монастыре.
Идя к келии отца Клеопы, я говорил себе: “Почему отец Клеопа не выйдет из своей келии и не скажет: прекратите? Он же святой, почему же он молчит? Почему он не говорит ничего?”.

монастырь Сихастрия, Румыния 3
(монастырь Сихастрия, Румыния)

Придя в келию Батюшки, я начал ремонтировать что было нужно, но в уме у меня крутились те же вопросы. Вдруг слышу шум из той комнаты, где обычно принимал отец Клеопа, я, находившийся в другом углу дома, на веранде, слышу тут и самого отца Клеопу. Через короткое время, слышу, открывается дверь на веранду, и вижу, отец Клеопа выглядывает из нее, смотрит на меня и говорит:

— Не осуждай старика! Не осуждай старика! Не осуждай старика! — затем входит в дом, не сказав больше ничего.

Я изумился этому происшествию: хоть я и верил, что Батюшка — святой человек, но не ожидал, что он и мысли мои прочтет.
Я убедился в том, что отец Клеопа был наделен от Бога и этим даром — читать мысли, и после другого случая.
В другой раз меня также позвали сделать что-то в келии Батюшки. Чтобы решить проблему, мне нужно было несколько раз ходить туда в назначенное время.
В первый день, когда я собрался уходить из келии отца Клеопы, слышу, он говорит ученику:

— Дай брату денег, он помог нам.

Я сказал, что не нужно, но по настоянию Батюшки взял.
На второй день Батюшка также сказал ученику, чтобы он дал мне денег. Тогда я подумал, что куплю на эти деньги иконы, и положил их вместе с первыми. На третий день он снова мне дал. Я взял и эти, но изменил свои планы, сказав себе, что куплю шоколаду… На четвертый день я ждал, что мне снова дадут, но мне не дали ничего. Выйдя из келии отца Клеопы, я понял, что Батюшка прочитал мои мысли и, поскольку я изменил свои первоначальные хорошие мысли, он не захотел помогать мне в том, что неполезно».

Будь осторожен, это от бесов

Один монастырский брат рассказал нам:

«Когда я, живя в миру, захотел уйти в монастырь, то стал больше молиться. В какой-то момент, когда я молился, во рту у меня начинала появляться сладость, и я думал, что это от Бога.
Однажды я пришел в монастырь и спросил отца Клеопу об этом, а он сказал мне, что это от бесов. Я страшно возмущен был этим ответом, но, вернувшись домой, начал размышлять о словах Батюшки, стал признавать их справедливыми, а через некоторое время сладость эта исчезла.
Так, с помощью отца Клеопы, я избежал опасного обольщения».

Идите к местному епископу

Один из учеников Батюшки рассказал нам:

«Как-то утром, когда Батюшка еще стоял на правиле, я услышал стук в дверь. Стояло четверо или пятеро молодых людей, они сказали, что учатся на богословском факультете и хотели бы попросить совета у отца Клеопы. Я ответил им, чтобы они подождали, пока Батюшка окончит правило, но, поскольку они настаивали под тем предлогом, что торопятся, я вошел к Батюшке и сообщил ему об их желании. Батюшка ответил, что они могут войти, но только пусть не задерживают его надолго, и, таким образом, я пригласил всех в келию Батюшки.
Сказав Батюшке, с какого они факультета, они открыли ему и свою скорбь, прося совета. Отец Клеопа сказал им:

— Идите к местному епископу и сделайте, как он скажет.

Студенты не были довольны ответом и снова изложили свою ситуацию, но Батюшка дал им тот же ответ:

— Идите к местному епископу и сделайте, как он скажет.

Я тоже подумал, что отец Клеопа не понял объяснений студентов, и сказал ему:

— Преподобный, начальство обвиняет их в том, что они совершили то-то и то-то, а они утверждают, что не виноваты. Итак, что им делать в таком случае? Дайте им совет.
— Пусть идут к местному епископу и сделают то, что он им скажет.


Я понял, что Батюшка не даст другого ответа, и сказал студентам, чтобы они не обижались, но Батюшке нужно закончить правило, а они пусть поступят так, как он сказал им. И все-таки помысл говорил мне: “Почему Батюшка не дал им никакого ответа? Ведь он знает, что говорят святые отцы в таких ситуациях. Знает, что написано в «Пидалионе»[68] …”

После того как студенты ушли, я вернулся в келию Батюшки и спросил его:

— Преподобный, почему вы не сказали им ничего другого? Вы ведь знаете, что говорят святые отцы!
— Что? Чтобы они пошли туда и сказали, что Клеопа сказал им так-то и так-то? Кто я такой? Пусть идут к местному епископу и делают так, как он скажет.


Тогда я остановился и стал размышлять: “А что, если эти студенты не сказали отцу Клеопе всей правды, а только то, что им хотелось сказать, и с магнитофоном, спрятанным под одеждой, записали бы его ответ на «их вопрос», потом пошли бы и подняли форменный тарарам? Вот видишь, Батюшка снова прав. Многому тебе еще нужно учиться”».
______________
[68]
- Пидалион — свод канонического права Греческой Церкви, «Кормчая книга».

Отец Клеопа — маяк посреди бури [69]

Париж стал политическим центром румынской диаспоры, однако втайне духовный ее центр оставался в монастыре Сихастрия.
После утомительной поездки я добрался до Молдовы. Первую ночь, это было 22 августа 1968 года, я заночевал в монастыре Агапия. Проснулся рано и вышел посмотреть, в порядке ли еще мой автомобиль. Сильный шок ожидал меня. Более сотни машин, съехавшихся накануне на парковку, как на более безопасное место, исчезли за ночь.

На опустевшей площадке оставались только две машины, одна моя, а другая — одного бельгийского пастора. Советские войска вошли в Чехословакию! Родные и друзья, пришедшие, чтобы повидаться со мной, окружили меня отчаянными воплями:

— Русские идут! Чего ты ждешь? Беги! Уезжай отсюда! Подумай о своих детях. Если вас поймают русские, вам несдобровать.

Я их спрашивал:

— А вы? Разве вы не насытились этими муками?

Я не уехал. Я бежал от русских в 1944 году и до сих пор еще чувствовал на затылке их горячее дыхание; теперь же я добровольно сдавался в их руки. Единственным человеком, понявшим, почему я остаюсь, была настоятельница Евстохия. Она посоветовала мне пойти в Сихастрию и повидать отца Клеопу, о котором я уже слышал. Он был кем-то вроде духовника всей страны.

Я стал спускаться по каменистой тропинке, не остановился в Секу и ближе к полудню достиг цели. Множество людей без числа сновало по монастырскому двору, все говорили, охмелевшие от страха, молились, плакали. Я оказался будто в клокочущем котле. Отец Клеопа в это время как раз выходил из храма. Я хотел подняться к нему, но вдруг встал как вкопанный. Старый монах с растрепанными волосами и всклокоченной бородой, он еле передвигал ноги, поддерживаемый двумя монахами. Ехидна неуважения, низменных подозрений заворочалась в моем уме. Думаю, что в отчаянии я громковато прошептал свое суждение:

— Господи Боже, да он же пьян!

Среди окружавших меня пронесся гул недовольства. Но настоятель (Каллиопий) нагнал меня сзади и пристыдил:

— Ты знаешь, что он не смыкал глаз с позавчерашнего дня? Он же бдит в храме, он молится, чтобы не пришли русские.

Клеопа Илие 20
(архимандрит Клеопа Илие)

Клеопа остановился среди паломников, сомкнувшихся вокруг него нерушимой стеной, направился в мою сторону и поприветствовал меня дружески:

— Ты пришел? Добро пожаловать! Я давно тебя ждал.

Он пригласил меня в свою келию. Умылся и, оживившись, предложил мне сопроводить его на прогулке. Изрядных два часа я шел за ним по извилистым горным тропкам. Говорил он все время. Я был не евши, и он собирал мне ягоды и травы. Он проповедовал, и проповедь его перемежалась цепью забавных историй из его жизни, излагаемых им, словно неким Ионом Крянгэ[70] святым.

По возвращении он говорил народу речь с веранды. Он представил меня людям как брата, приехавшего издалека, испытанного, и просил тех, кто ждал с вечера, принять меня в свои ряды.
Думая о том, как он постится, я тоже не ел. Уходя, я едва смог оторваться от его глаз, проницательных и в то же время кротких.
_________________
[69]
– Из книги: Отец Клеопа Илие: Приятель святых и духовник верующих — in memoriam. Яссы: Тринитас, 2005. С. 244–246.
[70] -Ион Крянгэ (1837— 1889) — классик румынской литературы, знаменитый сказочник. Был родом из Хумулешт, окончил духовную семинарию и служил диаконом, в 1872 г. был лишен сана.

Вечером, в Агапии, я рассказал матери Евстохии об его советах. Я не подозревал тогда, что моя поездка в Сихастрию в те дни, когда хаос в стране нарастал, войдет в литературу.
Когда я вернулся в Бухарест, Патриарх мне сообщил, что я приглашен на короткое заседание с некими «товарищами» в Центральный Комитет:

— Делай абсолютно что хочешь, не забывай, что ты свободен!
— И что мне им сказать?
— Дело твое!


Я пошел пешком, чувствуя сильное беспокойство в животе. Лифт, к которому меня подвел какой-то военный, сильно задергавшись, тронулся, и это было небезопасно, как мне показалось. Мой сопровождающий успокоил меня:

— Он так сопротивляется нам, он ведь был сделан еще до нашего времени.

Мы поднялись еще по лестнице и вошли в какой-то зал; меня там ожидали три персоны: начальник, державшийся как все начальники в Румынии, секретарь с карандашом в руке и третий, которого я определил как слушателя, судя по его гигантским ушам. Начальник сказал несколько слов для начала, но быстро осекся, поскольку забыл сменить тон обычного политрука. Продолжал он уже голосом вкрадчивым, мелодичным…

— Господин профессор, мы знаем, что вы ни на минуту не растерялись, когда узнали, что стало возможным вторжение одного из государств, соседствующих с нами.
— Вы следили за мной?


Слушатель заулыбался так, будто он раскусил лимон.

— Разумеется, вы догадались, что это было только в целях вашей охраны. Вы утверждали перед всеми вашими знакомыми, что русские не придут, и даже публично говорили на вокзале в Фэлтиченах и саду Копоу в Яссах, настойчиво повторяя вашу убежденность в том, что не случится ничего. Вы не связались с вашим посольством, как это сделали все германские туристы. Вы не были в американском посольстве и ни в каком другом по ту сторону того, что вы называете «железным занавесом». Вы что-нибудь знаете? Что? Что вам известно?

В этот миг меня осенила идея:

— Конечно, знаю.

Слушатель мрачно каркнул:

— Откуда?

Председатель зазвонил в колокольчик; появился официант:

— Желаете кофе?
— Кофе,
— велел он. Затем продолжил своими медоточивыми устами: — Это так, вы знаете что-то?

Попытался и я заговорить тоном председателя, но неудачно. Я так полагаю, потому что дознаватели не поняли моего юмора.

— Знаю от Клеопы.

Все трое застыли с открытыми ртами, как перед дантистом. Они не поняли. Председатель подал знак секретарю: будь начеку, пиши все! Тот увеличил скорость кругов над своим блокнотиком.

— Особа? Это кто еще такая? Шпионка?
— Не такая, а такой.
— Безразлично. Что он сказал?
— Он сказал, чтобы мы не боялись: русские не войдут. Была большая смута на небе. Но помолилась Матерь Божия, чтобы не излилась чаша. Чтоб не обрушилось наказание, как всегда, на румын.


Председатель разозлился, слушателя не на шутку объяла ярость. И тут слабенький треск разорвал наше молчание. Но ничего серьезного не случилось. Это карандаш потрясенного секретаря сломался.

И как раз в этот момент несчастный официант возник с четырьмя чашечками дымящегося кофе. Начальник затряс на него кулаком: «Пошел вон!»
Пауль Мирон, Германия

Продолжение следует...
тут: http://filin-dimitry.livejournal.com/491028.html

Tags: Клеопа Илие, Румыния
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments