filin_dimitry (filin_dimitry) wrote,
filin_dimitry
filin_dimitry

из о. Паисия Святогорца...Слова. Духовная борьба. О необходимости наблюдения за собой...

Если человек познал самого себя, то все - вопрос закрыт. После этого похвалы становятся инородными телами: они к нему уже не прилипают. К примеру, если человек знает, что он оборванец, то к нему не может прилипнуть помысл, что он король. Если ты возомнишь себя принцессой, это будет значить, что ты умственно отсталая.
(о. Паисий Святогорец. Слова. Духовная борьба)

паисий_святогорец_23

Исследование себя

В армии, в Войсках Связи, у нас была сеть радиослежения, а у радистов были таблицы распознания [своих и чужих радиостанций]. Мы следили за радиостанциями и понимали, какая из них чужая, а какая - наша, потому что иногда к связи между нашими радиостанциями подключались вражеские радисты. Так же всякому человеку следует наблюдать за своими помыслами и действиями, чтобы видеть, согласны ли они с заповедями Евангелия. Надо замечать свои ошибки, бороться ради их исправления. Ведь тот, кто позволяет своей ошибке проскальзывать незамеченной или не задумывается о своих недостатках, когда другие говорят ему о них, не может духовно преуспеть.

Исследование себя - это самое полезное из всех прочих исследований. Человек может читать много книг, однако, если он не следит за собой, все прочитанное не приносит ему никакой пользы. А вот если он за собой следит, то польза, которую он получает, велика, даже если он читает немного. В последнем случае поступки, поведение человека утончаются - что бы он ни делал. А иначе он совершает грубые ошибки и не понимает этого.

Когда ко мне в каливу приходят посетители, то я приношу им пеньки для сидения с другого конца двора. И я заметил, что, уходя, люди даже не задумываются о том, кто отнесет эти пеньки обратно на свое место. Или, видя, как я несу им один пенек, и понимая, что его не хватит для того, чтобы усесться всем, посетители все равно ждут, пока я принесу им и другие. Но если бы эти люди хоть немножко задумались и сказали: "Хорошо, ведь нас пять-шесть человек, неужели батюшка должен сам таскать для нас пеньки с другого конца двора?" - то, взяв каждый по пеньку, они быстро перенесли бы их на нужное место.

– Геронда, одна из младших сестер спросила меня: "А будучи новоначальным монахом, Старец не имел падений в своей борьбе? У него не было никакого помысла "слева"? Он никогда не впадал в осуждение?"

– Когда в моей борьбе происходило что-то подобное или когда меня ругали, то я не давал всему этому "беспошлинных прав".

– Геронда, что значит "беспошлинные права"?

– Давать своим ошибкам, прегрешениям "беспошлинные права" - это значит относиться к ним с равнодушием. То есть стараться, чтобы осознание ошибки не касалось души, а "пролетало" мимо нее. Если земля окаменеет, сделается жесткой, то, сколько бы дождя на нее ни лилось, она не впитывает в себя воду. То же самое происходит и с человеком, который дает своим ошибкам и прегрешениям "беспошлинные права".

Нива сердца такого человека ожесточается от равнодушия, и что бы ему ни сказали, что бы с ним ни случилось, его это не трогает, то есть он не чувствует своей вины и не кается. Когда я [будучи еще новоначальным] узнавал, что кто-то назвал меня, к примеру, лицемером, я не говорил: "Да чтоб ему пусто было, раз он говорит такие вещи", но старался найти причину, побудившую его так про меня сказать. "Что-то здесь неладно, - говорил я, - этот человек не виноват, это сам я был в чем-то невнимателен, дал ему повод, и он неправильно истолковал мое поведение. Ни с того ни с сего сказать такое он не мог. Если бы я был внимателен и вел себя разумно, он не истолковал бы мое поведение так превратно. Я навредил своему ближнему и дам за это ответ Богу". И сразу же я старался найти, в чем моя ошибка, и исправить ее. То есть я не исследовал, почему человек сказал про меня такое: от ревности ли, от зависти или потому, что понял превратно услышанное от других. Этот вопрос меня не занимал.

И сейчас во всех [подобных] случаях я поступаю таким же образом. Если, к примеру, кто-то скажет мне жесткое слово, я не могу даже уснуть. И если дело действительно обстоит так, как он говорит, то я огорчусь и постараюсь себя исправить. Но даже если дело обстоит и не так, как подумал и сказал этот человек, то я все равно огорчусь, буду думать о том, что я в чем-то виноват, потому что был невнимателен и соблазнил моего ближнего. Я не валю всю вину на ближнего: я задумываюсь о том, как будет судить мои действия Бог, а не то, какими они покажутся людям.

Если человек не будет исследовать происходящее подобным образом, то ему ничто не принесет пользу. Часто говорят: "Такой-то человек потерял контроль над собой". Знаете, когда человек теряет над собой контроль? Когда он за собой не следит. Если у человека не все в порядке с головой, и поэтому он не контролирует себя, то у него есть смягчающие вину обстоятельства. Однако смягчающих вину обстоятельств нет у того, кто, не имея никаких проблем с головой, не контролирует свои действия, поскольку не следит за собой.

Опыт от наших падений

В исследовании самих себя вам будет очень полезно время от времени рассматривать свою жизнь: шаг за шагом, начиная с детского возраста. Это необходимо для того, чтобы видеть, где вы находились раньше, где вы находитесь сейчас и где вы должны находиться. Не сравнивая прошедшего с настоящим, вы не поймете, что, даже будучи в более-менее неплохом состоянии, вы все равно находитесь не там, где вам следовало бы находиться… Вы не поймете того, что огорчаете Бога. Когда человек молод, у него есть оправдание в том, что он находится в не слишком-то хорошем состоянии. Однако у него нет оправдания, если он, уже выйдя из юного возраста, пребывает в том же состоянии или же исправляется недостаточно.

Чем больше проходит лет, тем более духовно зрелым должен становиться человек. А используя во благо опыт своего прошлого, мы идем вперед более уверенно и более смиренно. Часто даже переменчивые взлеты и падения в [духовной] борьбе помогают человеку в том, чтобы он плодотворно и уверенно совершал свой духовный путь к Горнему.

Вполне естественно, если младенец, учась ходить, кубарем сваливается с лестницы, ударяется головой о перила, залезает с ногами на стул и падает с него. Малыш не понимает, что, забираясь с ногами на стул и вставая на его край, он упадет вместе со стулом. Однако, взрослея, ребенок приобретает опыт, зреет и становится внимательным. "В прошлый раз, - думает он, - я забрался с ногами на стул и упал. Сейчас я уже не буду этого делать". Так же и в нашей [духовной] борьбе: внимательно следя за всем происходящим и используя все во благо, мы приобретаем опыт, используя который получаем немалую помощь.

Помню, у нас дома, в Конице, было шесть лошадей: и взрослые кони, и жеребята. Однажды мне случилось переводить наших лошадок по бревенчатому мостику. Одно бревно прогнило, и нога молодой четырехлетней лошади провалилась между бревен и досок. Потом я починил мостик, заменил все сгнившие бревна и доски на крепкие. Однако каждый раз, когда я гнал лошадей через этот мост, лошадка, которая однажды на нем провалилась, начинала беспокоиться, трясти головой и либо, порвав уздечку, убегала, либо одним махом перепрыгивала на другую сторону мостика. Видите: уж если бессловесное животное - четырехлетняя лошадь использовала свой опыт и не наступала на тот мост, где ей однажды довелось провалиться, то насколько больше должен использовать опыт от своих падений человек!

Надо приковывать врага к одному месту и наносить ему удар

– Геронда, я еще не полюбила смирение, жертвенность, принятие несправедливости…

– Дело обстоит не совсем так, как ты говоришь. Я [за тебя] не тревожусь, потому что вижу, что в тебе появилась добрая обеспокоенность. Ты быстро избавишься от страстей, потому что ты начала "ловить себя на месте преступления". А это помогает больше, чем любой другой подвиг. Тот, кто "ловит себя на месте преступления", совлекается своего ветхого человека и выходит на правильную духовную дорогу. Наш ветхий человек расхищает то, что делает человек новый. Выучившись ловить нашего ветхого человека на месте преступления, мы ловим вместе с ним всех остальных воров, расхищающих то доброе, что дарует нам Бог. Таким образом, духовное богатство остается у нас.

– Геронда, а если я буду очень переживать за совершенную мной ошибку, например, за то, что я грубо поговорила с кем-то из сестер, то это пойдет мне на пользу?

– На пользу-то тебе это пойдет, однако тебе надо быть внимательной, чтобы не переборщить, не выйти за границы [разумной печали]. Испытывай огорчение, но вместе с огорчением испытывай и радость, потому что тебе была дана благоприятная возможность заметить свою вылезшую наружу болезнь и ее исцелить. Поразмысли так: "Раз я нагрубила сестре и повела себя с ней плохо, то это значит, что у меня внутри сидела какая-то страсть. А сейчас мне дана благоприятная возможность: страсть вышла наружу, чтобы я ее увидела и исправила". Но, конечно, и прощения у сестры попросить нужно. Падения помогают тебе познать саму себя. Все выходит наружу и потихоньку совершается полезная работа [над собой]. Погляди, ведь и врачи иногда дают больным разные вещества для того, чтобы проявились симптомы их болезни и был поставлен правильный диагноз. Например, больным дают сахар, потом берут у них на анализ кровь и смотрят, повысился ли уровень сахара.

В духовной борьбе необходимо определить "координаты" слабых мест нашего характера - наши недостатки - и после этого стараться наносить удары в эти места. Как на войне: совершая разведку какого-то района, мы отмечаем на карте места, в которых находится враг или плацдармы, с которых он может пойти на нас в наступление. И потом мы следим за этими местами с особым вниманием. Ведь зная, в каких конкретно местах находится враг, можно двигаться с уверенностью. Военные разворачивают карту и говорят: "Враг находится здесь и здесь. Значит, нам нужно успеть захватить вот эту и вот эту высоту. Сюда нужно послать подкрепление, а здесь необходимы такие-то и такие-то виды оружия". То есть, зная, где находится враг, можно построить какой-то план. Однако, для того чтобы это узнать, нужно беспокоиться и исследовать [район боевых действий]. Спать тут нельзя.

– Геронда, что лучше: когда человек замечает свои недостатки сам или же когда ему говорят о них другие?

– Хорошо, если человек находит свои недостатки сам, однако и в том случае, когда о них говорят другие, ему тоже не следует возражать. Надо принимать обличение от других с радостью. Ведь можно видеть себя таким, каким тебе хочется себя видеть, а не таким, каков ты в действительности.

– Геронда, другие, со стороны, видят меня лучше, чем я вижу себя сама?

– Захотев, можно увидеть себя лучше, чем видят нас наши ближние. То есть самому человеку удобнее выявить свою реакцию на что-то, какую-то ошибку и определить их причины, тогда как сторонний наблюдатель приходит к заключению о своем ближнем на основании собственных предположений.

– Геронда, а может ли человек, стараясь увидеть себя таким, каков он есть, этого не добиться?

– Да. Если в старании человека присутствует гордость, то увидеть себя таким, каков он есть в действительности, он не сможет.

Надо смотреться в других, как в зеркало

Человек видит себя лучше, когда он смотрится в других, как в зеркало. Каждого Бог наделил дарованием, необходимым для того, чтобы получить пользу, - независимо от того, использует человек это дарование во благо или нет. Если человек использует дарованное ему с пользой, то он достигнет совершенства. Наши недостатки - приобретены ли они от собственной невнимательности либо унаследованы от наших родителей - это тоже наша собственность. Каждый из нас должен совершать соответствующую борьбу, для того чтобы от этих недостатков освободиться. А пока мы от них не освободимся, нам нужно "смотреться" в недостатки нашего ближнего и испытывать, где находимся мы. К примеру, увидев в ближнем какой-то недостаток, надо сразу же сказать: "Дай-ка я посмотрю, может быть, такой же недостаток есть и у меня". И, если мы действительно обнаружим в себе этот недостаток, нам надо подняться на борьбу, чтобы от него избавиться.

– Геронда, а если помысл говорит мне, что у меня нет такого недостатка, как мне нужно ему отвечать?

– Отвечай так: "У меня есть другие - большие недостатки. Этот недостаток моего ближнего, по сравнению с моими, ничтожно мал". Ведь иногда твои недостатки могут в действительности быть меньшими, однако и смягчающих вину обстоятельств у тебя тоже меньше. Если человек исследует себя подобным образом, то он видит, что его изъяны больше, чем несовершенства его ближнего. А потом он начинает видеть в ближнем и его добродетели. "Дай-ка я посмотрю, - говорит такой человек, - есть ли эта добродетель у меня? Нет. Ох-ох-ох! Как же я еще далеко от того [духовного состояния], в котором должен находиться!"

Совершая такую работу, человек от всего получает помощь, изменяется - в добром смысле этого слова - и совершенствуется. Он получает пользу от святых, получает пользу от подвижников, получает пользу даже от людей мира сего. К примеру, увидев, как мирской человек не берет себя в расчет и приносит себя в жертву, христианин, совершающий над собой такую духовную работу, говорит: "А у меня есть такое любочестие? Где там! А ведь я еще и духовный человек!" И, таким образом, он старается подражать увиденному добру. У нас - то есть у всех людей - столько работы! Благий Бог премудрым образом все устраивает для нашего блага.

Тот, кто познает себя по-настоящему, имеет смирение

– Геронда, я обычно обнаруживаю свою гордость задним числом, уже после того, как впадаю в этот грех.

– Задача в том, чтобы ты увидела ее до падения. Если тебе говорят, что ты сделала что-то доброе, не чувствуй удовлетворения. Не давай похвале прилипать, цепляться за тебя.

– А что могло бы мне в этом помочь?

– Познание себя. Если человек познал самого себя, то все - вопрос закрыт. После этого похвалы становятся инородными телами: они к нему уже не прилипают. К примеру, если человек знает, что он оборванец, то к нему не может прилипнуть помысл, что он король. Если ты возомнишь себя принцессой, это будет значить, что ты умственно отсталая.

– А если бы я уже заранее была готова не принимать похвалу, это содействовало бы мне в брани, о которой мы говорим?

– Конечно, надо стараться быть готовой. Однако иногда это будет у тебя получаться, а иногда и нет. Задача в том, чтобы ты познала себя. Не познав своего ветхого человека, христианин не смиряется. Поэтому не сможет произойти духовное расщепление его [эгоистического] атома, необходимое для того, чтобы выйти на духовную орбиту. И, таким образом, человек остается на орбите мирской.

– Геронда, а может ли мое познание себя быть неправильным?

– Ведь мы же с тобой не говорим о неправильном состоянии. Тот, кто имеет о себе верное представление, имеет смирение. А когда человек смирится, обязательно придет Благодать Божия.

Человек, совершающий работу, необходимую для познания себя, похож на того, кто глубоко вкапывается в землю и находит в ней полезные ископаемые. Чем более мы углубляемся в самопознание, тем ниже мы себя видим. Таким образом человек смиряется, однако десница Божия его постоянно возвышает. И когда человек наконец познает себя, смирение становится уже его состоянием и Благодать Божия в обязательном порядке имеет право на "продление аренды" [в его сердце]. Гордость такому человеку уже не грозит. А вот тот, кто не совершает над собой подобного делания, постоянно прибавляет к своему [духовному] мусору все новый и новый, увеличивает свою мусорную кучу, какое-то недолгое время гордо сидит на ее вершине и в конечном итоге проваливается вниз.

Нам надо узнать, чем мы больны


– Геронда, я часто вижу недостатки других людей и осуждаю их.

– А знаешь ли ты свою собственную болезнь?

– Нет.

– Вот потому-то ты и знаешь болезни других. Если бы ты ведала свою собственную болезнь, то о болезнях других людей не имела бы и понятия. Я говорю не о том, чтобы ты не соучаствовала в их боли, но чтобы ты перестала заниматься их недостатками. Если человек не занимается собой, то лукавый найдет ему работу, и этот человек будет заниматься другими. Однако, работая над собой, человек знает и себя, и своего ближнего. В противном же случае [имея ошибочные представления], делая неправильные заключения о самом себе и подходя с такими же критериями к другим, человек совершает ошибку и в отношении их.

– Геронда, а что больше всего помогает человеку исправиться?

– Прежде всего воля, желание. Воля, желание [исправиться] - это, некоторым образом, добрый почин. Затем человек должен понять, что он болен, и начать принимать соответствующие [духовные] антибиотики. Ведь если [телесно] больной скрывает свою болезнь, то в какой-то момент он - неожиданно и сам не поняв как - свалится как подкошенный, и медицинские средства уже будут для него бесполезны.

Скажем, человек знает, что у него предрасположенность к туберкулезу, и по этой причине у него нет аппетита. "Почему ты не ешь?", - спрашивают его. "Э, - отвечает он, - это кушанье мне не очень-то по вкусу!" Потом у него начинается упадок сил и он еле-еле передвигает ноги. "Что с тобой, почему ты едва плетешься?" - удивляются люди, "А мне, - отвечает он, - нравится ходить медленно. Зачем я буду нестись как угорелый!" Он скрывает, что у него упадок сил и поэтому он едва передвигает ноги. Потом у него начинается кашель. "Почему ты кашляешь?" - спрашивают его люди. "Это у меня аллергия!" - отвечает он. Он скрывает, что чахотка уже поразила его легкие и они страшно больны. Проходит еще какое-то время, и больной начинает харкать кровью. "А это что такое?!" - спрашивают его ближние. "Ерунда, - отвечает он, - воспаление слизистой оболочки горла!"

– Геронда, и все это человек делает для того, чтобы его болезнь осталась незаметной для других?

– Да, он ведет себя так, чтобы скрыть свою болезнь. Так он ее скрывает-скрывает, а потом туберкулез переходит в скоротечную форму. Легкое разлагается, у больного идет горлом кровь, как из лопнувшей трубы, он валится с ног, и окружающие узнают о его болезни. Однако болезнь уже зашла в такую стадию, что помочь ему непросто. А если бы в самом начале болезни он признал, что причина его, к примеру, чуть повышенной температуры - начинающийся туберкулез, и дал себя лечить, то стал бы здоровее здорового. Так же бывает и в духовной жизни: тот, кто оправдывает свои страсти, в конечном итоге подвергается бесовскому воздействию, и это не может остаться незаметным. А знаешь, что бывает, когда человек принимает бесовское воздействие? Тот, кто принимает бесовское воздействие, ожесточается, становится зверем, встает на дыбы, разговаривает с людьми дерзко, бесстыдством и не принимает помощи ни от кого.

Поэтому вся основа в том, чтобы сначала человек познал свой недуг и радовался этому. После этого он должен дать себя лечить, принимать соответствующие лекарства. Кроме того, он должен быть благодарным своему врачу - духовнику или Старцу - и не противиться ему. К примеру, больному делают переливание крови: он протягивает врачу свою руку, дает проколоть вену, чувствует боль, но терпит, потому что знает, что переливание ему поможет. А как страдает тот, кому делают хирургическую операцию! Однако, несмотря на страдание, больной соглашается с тем, чтобы его прооперировали, для того чтобы стать здоровым.

– Геронда, а если я знаю, что, к примеру, чье-то строгое замечание пойдет мне на пользу, то почему я не принимаю это замечание как нечто приятное?

– Ну хорошо, пусть приятного ты в замечаниях не находишь. Но ты хотя бы понимаешь, что поступаешь неправильно?

– Да, это-то я понимаю.

– Ну, раз понимаешь, это уже кое-что. Смотри: горькую-прегорькую таблетку больной принимает охотнее, чем сладкую карамель, потому что понимает, что таблетка принесет ему пользу. Не приняв горького лекарства, больной не исцелится. Человек должен познать свою немощь, принять соответствующие [духовные] лекарства, для того чтобы потом его укрепил Христос.

Tags: Паисий Святогорец
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments