filin_dimitry (filin_dimitry) wrote,
filin_dimitry
filin_dimitry

25 декабря (07 января 2018 года) 2017 года. Святые дня, молите Бога о нас!

Продолжение…


Сегодня Православная Церковь чтит память:


Неделя 31-я по Пятидесятнице. Святки.

Рождество Господа Бога и Спаса нашего Иисуса Христа.

Поклонение свв. волхвов Мельхиора, Каспара и Вальтазара (I; Греч., Конст., ПЦА, РПЦЗ) и пастухов Вифлеемских, первыми увидевших Младенца Христа (I; Греч., Конст., ПЦА); прмч. Ионы Печенгского и с ним 50 монахов и 65 мирян в Трифоно-Печенгском монастыре шведами убиенных (1589/1590; ПЦА).


Святые дня, молите Бога о нас!



Волхвы́ (слав. волсви́; греч. μάγοι; лат. magi) - персонажи новозаветного повествования о Рождество Христово, пришедшие "с востока" поклониться родившемуся в Вифлееме Младенцу (Мф. 2, 1–12)

Поклонение волхвов. Мозаика (ок. 1100 г.) в церкви Успения монастыря Дафни, Греция. Справа налево Мельхиор, Каспар, Вальтазар
(Поклонение волхвов. Мозаика (ок. 1100 г.) в церкви Успения монастыря Дафни, Греция. Справа налево: Мельхиор, Каспар, Вальтазар)

Поклонение волхвов - празднование, отмечаемое в день Рождества Господа Бога и Спаса нашего Иисуса Христа - 25 декабря (Греч., Конст., ПЦА, РПЦЗ)

Согласно Евангелию от Матфея, в правление царя Ирода Великого в Иерусалим пришли "волхвы с востока", чтобы поклониться Богомладенцу, ибо они "видели звезду Его на востоке". Их вопрос: "Где родившийся Царь Иудейский?" - вызвал переполох при дворе Ирода, увидевшего в этом событии угрозу своей власти, а также возможный повод волнения в народе. Посоветовавшись с первосвященниками и книжниками, Ирод выяснил, что именно Вифлеем был тем местом, где должен родиться Мессия, на основании предсказания пророка Михея (Мих. 5, 1–2). Узнав от волхвов о времени появления звезды, Ирод просил их сообщить ему, когда найдут Младенца, якобы для того, чтобы также пойти и поклониться Ему. По пути в Вифлеем волхвам вновь явилась звезда, которая "вела их" вплоть до места, где был Младенец. "И, войдя в дом, увидели Младенца с Мариею, Матерью Его, и, пав, поклонились Ему; и, открыв сокровища свои, принесли Ему дары: золото, ладан и смирну. И, получив во сне откровение не возвращаться к Ироду, иным путём отошли в страну свою" (Мф. 2, 11–12). Разгневанный Ирод, пытаясь защитить свою власть, приказал убить "всех младенцев в Вифлееме и во всех пределах его, от двух лет и ниже, по времени, которое выведал от волхвов" (Мф 2, 16).

Событие поклонения языческих магов Божественному Младенцу становится предметом размышлений многих толкователей уже в самых ранних памятниках христианской литературы, так как, следуя ветхозаветной традиции, христианство изначально негативно оценивает магию и астрологию как несовместимые с представлением о свободе воли и стремится опровергнуть их перед лицом эллинистической культуры. Во всей библейской литературе только евангелист Матфей употребляет термин magoi в позитивном смысле, относя его к группе людей, совершающих благочестивый поступок. Понятие "маг, волшебник" в Ветхом Завете всегда имеет негативный оттенок (заклинатели мёртвых: Лев. 20, 6; 2 Пар 33, 6; прорицатели при египетском (Быт 41, 8, 24; Исх 7, 11, 22; Исх. 9, 11) и вавилонском (Дан 1, 20; Дан. 2, 2; Дан. 4, 4; Дан. 5, 7, 11, 15) дворах); дважды в Деяниях апостолов (Деян. 8, 9 и Деян. 13, 8) словом μάγοι названы, также в негативном смысле, астрологи и заклинатели.

В античной литературе в основном существует два значения этого термина: люди, принадлежащие к персидским зороастрийским жрецам, и вавилонские жрецы-астрологи как особая профессиональная группа. Геродот первый упоминает магов как особое персидское племя или эзотерическое сообщество, посвятившее себя царским жертвоприношениям, ритуалам погребения, предсказаниям и толкованиям снов. Известно также определение волхвов, данное Платоном или кем-то из его учеников в разговоре об учении одного молодого персидского аристократа: "Один из них преподает магию Зороастра, сына Ормузда; суть её в почитании богов". В данном случае имеется в виду определённая профессия, суть которой в исполнении конкретных жреческих функций. Такое понимание было определено общим античным представлением о зороастризме. Со временем акцент в понимании этого слова всё больше смещается с выполнения жреческих функций на дивинационную практику астрологических предсказаний. Плиний Младший, напр., говорит о двух функциях магов: исцеление от болезней и предсказание будущего, при этом последнее считается более важным. Таким образом, этот изначально этнический термин прочно связывается с восточной астрологией и магией вообще.
Отсутствие в рассказе евангелиста точных указаний на происхождение волхвов, их число, мотив, который побудил их отправиться в путь, уже достаточно рано послужило основанием для многочисленных предположений экзегетов, а также для развития легендарных традиций как на Востоке, так и на Западе.
Попытки экзегетов уточнить, откуда "с востока" (греч. - ἀπὸ ἀνατολῶν) пришли волхвы, приводят с учётом возможных значений термина μάγοι (греч.) к трём основным вариантам решения: многие утверждают персидское или вавилонское происхождение волхвов, реже их родиной называют Аравию. Подтверждением персидского или халдейско-вавилонского происхождения волхвов может служить указание евангелиста на мотив, побудивший их пойти и поклониться "родившемуся Царю Иудейскому": "Мы видели звезду Его на востоке". Контакты иудеев с народами Вавилона и Персии возникли достаточно рано и постоянно поддерживались, поэтому волхвы в силу своего интереса к религиозным проблемам вполне могли иметь представление об ожидаемом иудеями царе-Мессии и о пророчестве о мессианской звезде (Чис 24, 17). Звезда (у древних звезда или комета часто была указанием на рождение великого человека) стала тем знаком, который побудил волхвов искать родившегося царя в Иерусалиме, самом известном городе иудеев. Необычное небесное явление, даже без допущения знакомства волхвов, посвятивших себя изучению звёзд, с иудейскими верованиями, могло стать причиной их путешествия, так как появление на небе необычной звезды и в зороастризме, и в халдейской магии понималось как предзнаменование события, способного изменить мир.

В обширной астрономической литературе, связанной с данным вопросом, можно выделить следующие наиболее распространенные объяснения. Во-первых, появление сверхновой звезды, что, однако, невозможно точно доказать для этого времени; затем явление так называемой кометы Галлея, которая была видна ок. 12-11 гг. до Р. Х., но для понимания евангельского рассказа это событие произошло слишком рано. Мн. исследователи более обоснованным считают явление особой звезды и ссылаются на сообщение китайских астрономов о комете или сверхновой звезде (?) в 5-4 гг. до Р. Х.. И наконец, констелляция Юпитера и Сатурна, которая трижды происходила в 7- 6 гг. до Р. Х. и была хорошо заметна. Кроме того, именно эта констелляция была предсказана вавилонскими астрономами. Такое объяснение принимается многими толкователями, поскольку Юпитер считался "царской звездой", а Сатурн, "субботнюю звезду", иногда называли "звездой евреев".
Согласно многим экзегетам, волхвы поклонились Младенцу как Сыну Божию. Обоснование также находят в особенностях употребления греческого глагола προσκυνα (поклоняться), что по греческим представлениям подобает только богам, а по восточным - также облечённым высокой властью людям, прежде всего царям. У евангелиста Матфея это слово употребляется в значении "поклонение" Иисусу со стороны тех, кто ожидает от Него помощи (Мф 8, 2; Мф. 9, 18; Мф. 15, 25; ср. Мф. 20, 20), например поклонение учеников (Мф 14, 33) Воскресшему Господу (Мф 28, 9, 17). Поклонение волхвов подчёркивает величие Христа как Сына Давидова (Мф 1, 1), Сына Божия (ср. Мф 1, 20–21; Мф. 2, 15) и Мессии Эммануила (ср. Luz. S. 120). Противники такой интерпретации ссылаются на то, что волхвы, придя в Иерусалим, искали именно царя ("Где родившийся Царь Иудейский?" - титул "царь иудейский" достаточно редко употребляется как мессианский). Кроме того, поклонение царю и дары могли быть просто способом выражения почтения (ср. Иер 19, 1; Иер 42, 6), которое не выходит за рамки обычаев многих древних народов (ср.: 1 Цар 10, 27; Пс 71, 10).

Спорным является и вопрос о времени прихода волхвов в Вифлеем. Независимо от происхождения (вавилонское или персидское) ясно, что с учетом необходимых приготовлений к путешествию и расстояния до Иудеи они могли достичь Вифлеема не ранее, чем через несколько недель после рождения Младенца. Наибольшее распространение получило мнение, согласно которому волхвы прибыли в Вифлеем, когда Младенцу было уже не менее 2 лет, на это косвенно может указывать приказ Ирода "избить всех младенцев в Вифлееме и во всех пределах его, от двух лет и ниже, по времени, которое выведал от волхвов" (Мф 2, 16).


Патристическая и средневековая интерпретация

Христологическое толкование подразумевает, что сцена поклонения волхвов Младенцу Христу символизирует конец языческой магии, и мудрость мира, таким образом, получает совершенно новую оценку. Некоторые авторы считали волхвов гадателями, одержимыми бесами, которые, однако, были приведены Богом в Вифлеем, чтобы осознать грехи и признать власть Сына Божия. Многие отцы и учители Церкви осмысливают этот рассказ в контексте вопроса о христианской миссии и понимают приход волхвов как призыв язычников к спасению: волхвы - "первые из язычников"; часто такое толкование имеет антииудейскую направленность - следствием поклонения язычников младенцу Иисусу становится "проклятие иудеев", которых в этом эпизоде представляют царь Ирод, его книжники и народ, ибо волхвы шли за звездой, а иудеи не верили своим пророкам. Назидательное толкование подчёркивает важность благочестивого поведения волхвов, в первую очередь их поклонение, принесение даров, которые часто воспринимались как символы.

Наиболее распространённым у ранних авторов является мнение о происхождении волхвов из Персии. Согласно мученику Иустину Философу и Тертуллиану, они прибыли из Аравии, реже встречается утверждение об их происхождении из Месопотамии или Эфиопии.
В XIII-XIV вв. в Западной Европе появились сведения о существовании христианских общин в Центральной Азии, которые считались основанными волхвами, многие хронисты говорят о монгольском происхождении волхвов, относя их к жителям царства Фарс в Азии. Целью нашествия татар в XIII в., таким образом, считалось стремление похоронить тела предков, почитаемых в Кёльне в Германии.

В средневековье, особенно на Западе, считалось, что волхвы были восточными царями. По всей вероятности, на возникновение этой точки зрения повлияли стихи мессианского Пс 71, 10-11: "Цари Фарсиса и островов поднесут Ему дань; цари Аравии и Савы принесут дары; и поклонятся Ему все цари; все народы будут служить Ему", а также слова из Ис 60, 6: "Множество верблюдов покроет тебя [Иерусалим] - дромадеры из Мадиама и Ефы; все они из Савы придут, принесут золото и ладан и возвестят славу Господа". Самый ранний пример этого толкования находят у Тертуллиана, однако в этом сочинении речь, по всей видимости, идёт не о действительном царственном достоинстве волхвов, но подчёркивается то, что они обладали высочайшим авторитетом (fere reges). Аутентичность слов о царском достоинстве волхвов в гомилии святителя Афанасия Великого и в проповеди святителя Августина Блаженного оспаривается и потому не может служить доказательством правомерности подобного подхода. Таким образом, в ранней патристической литературе утверждение о царском достоинстве волхвов встречается только у Кесария, епископа Арелатского (VI в.); в большинстве случаев о волхвах говорится как о мудрецах, астрологах, ищущих истину. Представление о волхвах как восточных царях окончательно сложилось в средневековой Европе начиная с IX в.; в это же время стали считать, что волхвы были потомками или представителями всей земли: Сима, Иафета и Хама, то есть прообразовали Вселенскую Церковь. Такое расширенное толкование вызвало полемику во время Реформации, скептическое отношение у католических экзегетов, однако существенно не повлияло на народное благочестие, и Богоявление оставалось праздником "Трёх королей".

Долгое время количество волхвов, пришедших с востока, не было точно установленным. Число 3, утвердившееся впоследствии, впервые называет Ориген - он связывает волхвов с тремя мужами, которые встречают Исаака (Быт 26. 27–29), или по числу даров. Постепенно установилось именно это число, хотя в других произведениях этого периода говорится о двух, четырёх, шести, восьми, а в сирийской церкви существовало предание о 12 волхвах, пришедших в Иерусалим с большой свитой.
Имена волхвов Каспар, Мельхиор и Вальтазар появляются в раннем средневековье, позднее это мнение стало общепринятым (Иоанн Хильдесхаймский, XIV в., Иаков из Варацце, XIII в.). Встречаются описания внешнего вида волхвов: Каспар - безбородый юноша, Мельхиор - бородатый старец, Вальтазар - темнокожий, позднее - чёрный (Елизавета из Шёнау, XII в.).

Звезда, указавшая путь волхвам к месту рождения нового Царя, иногда соотносилась толкователями с мессианским предсказанием о восхождении звезды от Иакова (Числ 24. 17) языческого прорицателя Валаама. Начиная с Оригена существовало представление, что волхвы были потомками Валаама, которые из поколения в поколение передавали пророчество в своей среде, пока оно, наконец, не исполнилось в евангельской звезде Рождества.
Многие церковные авторы считают, что волхвы прибыли в течение 2 года после Рождения Христа. Эта интерпретация отражена в иконографии поклонения волхвов первых веков христианства, где Младенец изображается уже немного подросшим. Однако были отцы, считавшие, что событие поклонения произошло на 1-й неделе после рождения Иисуса, например, Августин Блаженный называет точное время - 13-й день после рождения.

В рамках христологического толкования евангельского рассказа дары волхвов (золото, ливан (ладан), смирна) получают символическое значение: они указывают на царское, божественное и человеческое (страдание, смерть) служение Младенца. Начиная со священномученика Иринея Лионского и Оригена, смирна понималась как указание на предстоящую смерть Христа (Мк 15, 23; Ин 19, 39); золото подобает Иисусу как Царю, ладан - как Богу, смирна - как человеку. Иногда ладан - указание на первосвященническое служение Иисуса. Для автора толкования на Евангелие от Матфея, написанного в V в., дары символизируют веру, разум и добрые дела. Для Евфимия Зигабена (XII в.) - это добрые дела, молитва и умерщвление страстей; для святителя Григория Великого (кон. VI в.) - мудрость, молитва и умерщвление плоти. Начиная с позднего средневековья, существует толкование, что золото указывает на бедность Святого семейства, ладан - на зловоние в стойле, смирна была дана для здоровья Младенца.

Легендарные традиции Запада и Востока сохранили ряд особенностей и деталей жизни волхвов Один из древних текстов - "Книга сокровищ пещеры" (VI в.) сообщает, что за два года до рождения Иисуса волхвы в Персии видели звезду особой формы, которая сопровождалась видением о девушке с коронованным ребёнком во чреве. Волхвы взошли на гору Нуд, чтобы взять дары, которые в одной из пещер этой горы были оставлены Адамом и Евой. Адам заповедовал своему сыну Сифу взять сокровища только тогда, когда явится необычная звезда; от Сифа это завещание передавалось из поколения в поколение. Три волхва поклонились Иисусу как Мессии, а по возвращении возвестили о Нём в своих странах. После Пятидесятницы они были крещены апостолом Фомой, проповедовавшим в их странах, и присоединились к нему в деле благовествования Евангелия. О 12 волхвах говорится в сирийской легенде (Хроника Зукнина, VIII в.) о завете Адама, данном сыну, и о чудесном явлении звезды, которая вела волхвов в пещеру сокровищ и в Иерусалим. Из поколения в поколение избирались 12 мудрецов, которые должны были каждый год восходить на высокую гору, где в молитве в течение трёх дней наблюдали за светилами, чтобы увидеть таинственную звезду.

Влияние восточных легендарных традиций на западные заметно уже в V в., напр. в Opus imperfectum in Mattheum, который связан с тем же источником, что и Хроника Зукнина, так как в нём упоминаются 12 мудрецов и ожидание появления яркой звезды. В XIV в. европейская легендарная традиция в развитом виде нашла отражение в книге Иоанна Хильдесхаймского "Historia trium regum", повествующей о трёх царях - Мельхиоре из Нубии, Вальтазаре из Годолии и Каспаре из Фарса. Узнав о рождении Младенца благодаря звезде, предсказанной Валаамом, они отправились в Иерусалим отдельно друг от друга и встретились там из-за тумана не сразу. Мельхиор ожидал остальных на горе Кальвар, где воздвиг часовню; после встречи и беседы с Иродом они отправились в Вифлеем, где преподнесли Христу, кроме золота, ладана и смирны, другие предметы, принадлежавшие Александру Великому и царице Савской, а также сосуды из иерусалимского храма, похищенные халдеями. Мельхиор, кроме того, поднёс золотое яблоко (державу) и 30 динариев (они были утеряны Марией и Иосифом; их нашёл один пастух и отдал в иерусалимский храм, потом они послужили платой Иуде за предательство). Вернувшись на родину, они стали возвещать о Христе, построили часовню и храмы, в которых изображали Младенца с поднявшейся над крестом звездой. После Пятидесятницы апостол Фома отправился в те края, освятил часовню и поставил волхвов епископами.


Почитание волхвов

В западных календарях память Каспара отмечается 1 января, Мельхиора - 6 января, Вальтазара - 11 января. Впоследствии память трёх волхвов была приурочена к празднику Богоявления Господня - 6 января. В этот день устраивались представления, изображающие поклонение волхвов, получившие название праздника "Трёх королей". В православных календарях не было особого дня памяти волхвов; однако в ряде византийских рукописей под 25 декабря отмечается "Поклонение волхвов", перешедшее и в некоторые современные месяцесловы. В "Житиях святых" по святителю Димитрию Ростовскому под 25 декабря помещено, кроме текста, посвящённого собственно Рождеству Христову, и отдельное "Сказание о поклонении волхвов", где, кроме прочего, сказано: _"А имена их такие: первый - Мелхиор, старый и седой, с длинными волосами и бородой; он принёс золото Царю и Владыке. Второй - Гаспар, молодой и без бороды с лицом румяным; он принёс ливан вочеловечившемуся Богу. Третий - Валтасар, смуглый лицом, с длинною бородою, он принёс смирну смертному Сыну Человеческому".


По преданию, мощи волхвов были обретены в Персии равноапостольной царицей Еленой и перенесены в Константинополь, в V в.- в Милан. В 1164 г. по желанию императора Фридриха Барбароссы мощи были увезены в Кёльн архиепископом Рейнальдом, где в память об этом 24 июля был установлен местный праздник "Трёх королей". В настоящее время мощи хранятся в Кёльнском кафедральном соборе во имя Пресвятой Богородицы и апостола Петра. О гробницах волхвов в персидском городе Сава (ныне Саве, к юго-западу от Тегерана) сообщал в XIII в. Марко Поло.

Рака Трёх Волхвов в алтаре Кёльнского собора
(Рака Трёх Волхвов в алтаре Кёльнского собора)


Дары волхвов до IV в. хранились в Иерусалиме, император Аркадий перенёс их в Константинополь, впоследствии они были помещены в храме Святой Софии. По свидетельствам паломников, когда подаренное волхвами золото подносят к уху, "чудесным образом слышится как бы шёпот". После падения Константинополя (1453) Мария (Мара) Бранкович, вдова турецкого султана Мурада II и дочь сербского деспота Георгия Бранковича, привезла их на Афон. Когда в нарушение древнего запрета она подымалась от пристани к монастырю святого Павла, Богородица чудесным образом воспрепятствовала ей приблизиться к обители. Мария не посмела идти дальше и передала дары волхвов в руки игумена, который вышел ей навстречу в сопровождении братии. Впоследствии на этом месте иноки воздвигли часовню.
Золото сохранилось в виде 28 небольших подвесок различной формы, поверхность каждой пластины украшена сканью. Ладан и смирна представляют собой маленькие шарики (до 60 штук). В настоящее время эта святыня хранится в ризнице монастыря святого Павла.


Иконография

Изображения волхвов, основанные на евангельском повествовании (Мф 2, 1-12), а также на апокрифических текстах ("Протоевангелие Иакова", Евангелие Псевдо-Матфея), известны с III в. как в живописи катакомб, так и в рельефах саркофагов. Они, как правило, включены в композиции Рождественского цикла и не встречаются в качестве единоличных образов. Наиболее распространённые сюжеты с волхвами: поклонение Богородице и Младенцу, путешествие за звездой, беседа с Иродом, возвращение в свои страны. Волхвы изображаются в коротких туниках, штанах и фригийских шапках, иногда одежды орнаментированы, что подчеркивает восточное происхождение волхвов (например, в церкви Успения Богородицы в Дафни, ок. 1100). В сцене поклонения волхвы с сосудами в руках представлены рядом с сидящей на престоле Богоматерью с Младенцем либо с одной стороны (например, катакомбы Каллиста, сер. III в., латеранский саркофаг, IV в.), либо с двух сторон (два волхва изображены в катакомбах Петра и Марцеллина, кон. III в.; в церкви Санта-Мария Маджоре в Риме, 432 г. - на триумфальной арке, рядом с престолом, на котором сидит Младенец Христос, беседующими с Иродом; волхвы в обтягивающих расшитых жемчугом нарядах и фригийских шапках). В церкви Сант-Аполлинаре Нуово (VI в.) сцена поклонения волхвов находится на северной стене перед вереницей мучениц, подходящих к Богоматери. В образах волхвов можно отметить новые черты, характерные для византийской иконографии: если до сих пор они изображались безбородыми, то здесь и в последующих памятниках Гаспар представлен в виде старца с седой бородой, Вальтазар - средовеком, Мельхиор - юношей. В церкви Сант-Аполлинаре Нуово иллюстрируется путешествие волхвов на конях и Акафист.


(фреска в Греческой Капелле катакомб св. Прискиллы поклонение волхвов, II-IIIв.)


Почитание волхвов в средневековье было связано с перенесением их мощей из Милана в Кёльн (1164). В пространном сказании о "Трёх святых царях" Иоанна Хильдесхаймского наряду с изложением легендарной истории волхвов и повествованием об обретении и перенесения их мощей содержится возвышенная похвала Кёльну. Заключительная 46-я глава "О прославлении трёх святых царей, о том, как надлежит их хвалить" свидетельствует о значении их почитания для Церкви. Особенности местного кёльнского празднования и рождественские мистерии оказали влияние на русскую иконографию. Так, на псковской иконе "Собор Богоматери" (Государственная Третьяковскоя галерея, нач. XV в.) волхвы изображены подносящими дары (в своих обычных одеждах) и поющими рождественскую стихиру (в диаконских стихарях).
(источник: https://drevo-info.ru/articles/4743.html)



Преподобномученик Иона Печенгский, Кольский, иеромонах

Собор святых Кольского Севера
(Собор святых Кольского Севера)

Память 25 декабря (ПЦА), в Соборах Кольских и Новгородских святых

В миру Иоанн, служил настоятелем Никольской церкви в г. Кола - единственным священником на всю округу.
После рождения дочери, которая оказалась тяжело больной, свящ. Иоанн и его супруга приняли решение расстаться, Иоанн дал обет принять монашеский постриг и удалился в Трифонов Печенгский Троицкий монастырь, где стал учеником прп. Трифона и "от преподобнаго навыче искусного монашества". В монашестве был наречен Ионой.
Иером. Иона служил в Успенской церкви в пустыни у Трифонова ручья, куда прп. Трифон часто удалялся "на богомыслие и молчание". После преставления преподобного о. Иона в пустыни.

На рассвете 2 декабря 1589 года финны из Эстерботнии (подданные шведского короля), вторгшиеся в пограничные земли Русского государства, сожгли Успенскую пустынь, "иеромонаха праведнаго Иону и служебники умучиша". Согласно монастырскому преданию, во время нападения о. Иона служил литургию и был убит на солее храма. Через неделю был разгромлен и Печенгский монастырь. В конце XIX века в Норвежском гос. архиве был обнаружен поименный список убиенной братии, составленный датским сборщиком податей. В документе одним из первых значится имя Ионы - packum Jionno.
Иером. Иона был погребен близ могилы прп. Трифона в Успенской пустыни. Согласно уставу Печенгского монастыря, каждый иеромонах, проезжавший мимо пустыни, должен был остановиться и отслужить панихиду по убиенным инокам. Однажды иером. Иона (Сорокоумов), посетивший пустынь, по небрежению сел на братскую могилу, затем поехал в монастырь, не отслужив панихиды. В дороге его разбил паралич. Осознав свой грех, он покаялся перед братией и три дня молился прп. Трифону о прощении. На 4-ю ночь ему явились прп. Трифон и Иона. Прп. Трифон повелел о. Ионе как "носящему фелонь" исцелить больного, что и было исполнено. Несмотря на пустынность места, погребения прмч. Ионы и прп. Трифона почитались на Кольском Севере. По свидетельству Жития прп. Трифона, земля у гроба о. Ионы поднялась на аршин " что год в вышину прибавляется".

В 1708 году над мощами была поставлена церковь в честь Сретения Господня, раки святых установили в храме справа у алтаря. В Житии есть свидетельства о чудесных явлениях прп. Трифона вместе с Ионой. Память Ионы, "спостника" прп. Трифона Печенгского и "старца", указана под 16 июля и под 14 декабря в иконописном подлиннике 1830-х годов и в подлиннике Г. Д. Филимонова (XVIII в.), где Иона назван вместе с прмч. Гурием Печенгским. В конце XIX века у раки о. Ионы служились панихиды.

Сретенская церковь сгорела в 1944 году, в ходе Петсамо-Киркенесской наступательной операции Советской армии. В 2009 году во время восстановительных работ в пустыни на месте погребения прп. Трифона и Ионы было обнаружено обширное братское захоронение советских воинов, погибших в годы войны.

Канонизацией св. Ионы считается включение его имени в Собор Новгородских святых при возобновлении празднования в 1981 году (первые известия о праздновании упом. ок. 1831). Его имя вошло в Собор Кольских святых, празднование которому было установлено в 2003 г.

Tags: Православие, РПЦЗ, Святые дня
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 4 comments