filin_dimitry (filin_dimitry) wrote,
filin_dimitry
filin_dimitry

07 (20) октября 2017 года. Святые дня, молите Бога о нас! (ч.2)

Продолжение...


Икона Богородицы «Умиление» Псково-Печерская

икона_Божьей_Матери_Умиление_Псково_Печерская


Псково-Печерская икона Божией Матери «Умиление» была написана неким иеромонахом Арсением по образцу Владимирской иконы Пресвятой Богородицы. Образ, написанный «так, как приличествует и как подобает по отношению к Богу – добрыми и честными красками тщательно», был принесен в Печерскую обитель в игуменство преподобного Корнилия псковскими купцами Василием и Феодором около 1521 года.

Особенно прославилась икона в 1524 году многочисленными чудесными исцелениями, свидетелями которых стали жители Пскова и Великого Новгорода. Древняя летопись обители гласит: «Не только православным подает Богоматерь исцеления, но и от иноверных, сиречь от латин немецкия земли, приходившим с верою к Пречистой Богородице и к чудотворному Ее образу, подает исцеления».
В память чудесного избавления города Пскова от осады войск польского короля Стефана Батория в 1581 году, при царе Феодоре Иоанновиче святой образ был украшен жемчугом и каменьями – алмазами, изумрудами, яхонтами, аметистами.

За несколько дней до осады Пскова поляками Пресвятая Богородица чудесно явилась благочестивому старцу Дорофею, предупредила его относительно предстоящего бедствия, объяснив причину постигшего людей за их грехи несчастья и указав пути выхода из него. Тогда архиепископом был вызван игумен Псково-Печерского монастыря Тихон с Печерскими иконами «Успения» и «Умиления», чтобы совершать молебны на местах, указанных Самою Богородицею во время Своего явления. Враг, в течение пяти месяцев тридцать раз штурмовавший Псковский кремль, отступил, так и не взяв города.
В воспоминание этого события чудотворную икону Божией Матери «Умиление» ежегодно в седьмую Неделю по Пасхе носили крестным ходом из Псково-Печерского монастыря в Псков «ко святой и великой соборной апостольской церкви Пресвятой и Животворящей. Нераздельней Троицы – чтобы не забывали грядущие роды победу над врагом, благодаря той чудотворной иконе, – во граде Пскове».

С давних времен Псково-Печерский монастырь славится крестными ходами. В монастырской летописи есть даже отдельная глава: «Уложение о чине и обычае – как ходить с иконами Пречистой Богородицы и с честными крестами из Печерской обители во град Псков», написанное по поводу установления крестного хода в седьмую Неделю по Пасхе, который совершался ежегодно с 1601 по 1918 год. В 1997 году традиция этого крестного хода была возобновлена, только теперь икону носят внутри обители – из Успенского в Михайловский храм и обратно. Такой же крестный ход совершается и осенью, 7/20 октября, на празднование Псково-Печерской иконе Пресвятой Богородицы «Умиление».

24 июля 2000 года, в праздник святой равноапостольной княгини Ольги чудотворный образ Божией Матери снова был принесен в Псков для участия в праздничном крестном ходе древнего города.
Ныне в главном приделе Успенского собора монастыря пребывают два чтимых списка с чудотворной Псково-Печерской иконы Божией Матери «Умиление».

Празднование иконе «Умиление» 7 октября установлено в память избавления Пскова от нашествия французских войск в 1812 году. Также празднования чудотворной иконе совершаются 21 мая, 23 июня и 26 августа.

Тропарь Пресвятой Богородице в честь иконы Ее «Умиление» Псково-Печерская
глас 4
К Богородице с умилением припадем вси, грехми обремененнии, чудотворную Ея икону Умиления облобызающе и вопиюще со слезами: Владычице, приими моление недостойных раб Твоих и подаждь нам, просящим велию Твою милость.

Кондак Пресвятой Богородице в честь иконы Ее «Умиление» Псково-Печерская
глас 6
Не имамы иныя помощи, не имамы иныя надежды, разве Тебе, Пречистая Дево. Ты нам помози, на Тебе надеемся и Тобою хвалимся, Твои бо есмы раби, да не постыдимся.

Молитва Пресвятой Богородице в честь иконы Ее «Умиление» Псково-Печерская

О Преблагословенная Дево Богородице Владычице! Мати всех страждущих и болезнующих сердцем! Страны нашея и града Защитнице! Обители Псково-Печерския красото и славо! Призри на нас смиренных, обремененных грехи многими, отягченных скорбьми и печалями и с сокрушением и слезами взирающих на пречистый лик Твой, в чудотворней иконе явленный. Сохрани от всякаго зла святую обитель сию, юже преподобный Корнилий со старцы Марком и Ионою Тебе вручи, и всех в вере и надежде подвизающихся в ней. Спаси и град сей, и вся люди, правоверно живущия и к Тебе прибегающия, от нашествия иноплеменных, от всякаго страха и труса, от мора и глада, от злых человек и всяческия скорби. Приникни к нам милосердием Твоим, яко ликом Твоим Божественным любезно приникла еси к ланите Богомладенца. Согрей нас дыханием Твоея любве и никогдаже отступай от нас, ни в сей жизни, ни в будущей, да, чающе Твою всесильную Материнскую помощь, сподобимся безбедно дойти вечныя жизни и прославляти Небеснаго Отца и Сына и Святаго Духа, в Троице славимаго Бога, во веки веков. Аминь.


Священномученики Иулиан, пресвитер и Кесарий, диакон

В царствование Римского императора Клавдия, убившего свою мать – тайную христианку, и с тех пор не щадившего христиан, в принадлежавший Римской империи город Тарракиний1 пришел некто диакон Кесарий. Увидев приносимые идолам жертвы, он плюнул на идолов и сокрушил их. За сие он был заключен в темницу, где пробыл три дня, томимый голодом. Затем ему связали назад руки, и воины повлекли его пред колесницею градоначальника к храму Аполлонову. Когда они приближались к храму, святой помолился, и тотчас храм разрушился до основания и подавил жрецов и всех бывших в нем.

Видя сие, ипатик2 Леонтий пал пред святым на колена и уверовал во Христа. Христианский пресвитер Иулиан всенародно крестил его и причастил Св. Таин, и тотчас, по молитве святого, Леонтий испустил дух. Правитель города Локсорий, увидев сие повелел зашить святых в мешки и бросить в море.

Тогда святые сказали ему:

– Мы будем брошены в море, но и ты будешь умерщвлен свирепым змеем и погибнешь лютою смертью.

Через два дня после сего, когда Локсорий ходил по прибрежному песку, громадный змей обвился кругом его и сокрушил ему все члены. Локсорий тут же испустил дух и, весь раздувшись, лежал, представляя собою страшное зрелище для всех проходивших.

Между тем тела святых силою Божию вынесены были волнами на берег. Христиане, с честью приняв их, погребли близ города. Но сын ипатика Леонтия отсек у них честные главы и бросил в реку. Тогда пресвитер города Капуи3 Кварт, наставленный Ангелом Божиим, взял мощи святых и положил их в особом месте во славу Божию4.

_____________________
Примечания
1
Тарракиний – ныне Террацина – приморский город Италии южнее Рима, в 92 верстах от него.

2
Этим именем назывались лица, состоящие на службе у «ипатов» или царских наместников. Упоминаемый здесь Леонтий, по-видимому, был на службе у князя, или правителя той страны Локсория, бывшего тогда наместником императора.

3
Капуя – город и крепость в южной Италии на левом берегу р. Вольтурно, главный город древней области Италии – Кампании, один из древнейших во всей Италии.

4 Мощи св. мученика Кесария почивают в Риме в церкви Креста Господня, а честная рука его в церкви Святая святых.


Святитель Иона (Покровский), епископ Ханькоуский, Маньчжурский, чудотворец


Святитель Иона (Покровский)


В миру Покровский Владимир, родился 17 апреля 1888 года в Козельском уезде Калужской губернии, где уже в восемь лишился родителей, происходивших из крестьян. Его усыновил сельский диакон по фамилии Покровский, который и позаботился о его образовании. Живя в бедности, юноша проявил отличные способносни и, успешно окончив духовное училище и Калужскую семинарию, в 1909 году поступил в Казанскую духовную академию. Здесь он духовно окормлялся у преподобного старца схиархимандрита Гавриила. На 3-м курсе Владимир принял монашество с именем Ионы и был направлен на некоторое время во Введенскую Оптину Пустынь, где проходил иноческие послушания под руководством духоносных старцев, преподобных Анатолия и Иосифа Оптинских.

Владимир вернулся в академию уже в сане иеромонаха и окончил её с отличием в 1914 году. Отцу Ионе предлагали место преподавателя Нового Завета, но он поначалу отказался от этой должности, считая, что это для него непосильно. Об этом он поведал своему старцу, преподобному Гавриилу, но последний, увидев в предложении преподавать в академии волю Божию, велел отцу Ионе принять эту должность, а за поспешность с отказом, положить 300 земных поклонов с Иисусовой молитвой. Однако, став учителем в качестве приват-доцента, молодой пастырь вскоре пожелал быть в одних рядах с российскими солдатами на полях сражений Первой мировой войны и стал военным священником-добровольцем. В 1916 году иеромонах Иона прибыл в царскую ставку – Могилев, в Полевое Управление Военным и Морским Духовенством, а 30 июня 1917 года приказом по ведомству протопресвитера Военного и Морского Духовенства было объявлено о его назначении на должность проповедника 2-й армии. Отец Иона принял участие в знаменитом Брусиловском пропрыве. Уже тогда он производил неизгладимое впечатление своей скромностью и духовностью, красноречием и желанием служить Богу, Царю и Родине.

Но развал армии вскоре оставил отца Иону без места, и уже в начале 1918 года он вернулся в Казань, где в середине мая ходатайствовал об освобождении из заключения арестованного безбожниками настоятеля Раифской пустыни игумена Варсонофия, который и был отпущен на поруки ему и инспектору академии архимандриту Гурию.
В этом же мае месяце он был арестован большевиками как опасный контрреволюционер, но ему удалось бежать из заключения, и он прибыл в Пермь, где был вновь пойман, избит, искалечен и в одной рубашке брошен в тюрьму. Вместе с другими тяжко обвиненными он был отправлен из тюрьмы в вагоне для перевозки скота, а затем на пароходе по реке Тавде в Тюмень, на суд Верховного Трибунала.

Но на шестой день езды пароход был обстрелян войсками сибирского правительства, только что взявшими Тобольск, и отец Иона с прочими был освобожден. Христовым именем пропитался он в течение целого месяца, работой в поле оделся и по Иртышу отправился в Омск - столицу свободоной от большевиков Сибири. Вскоре он вновь вошёл в состав военного духовенства, являясь инициатором организации «дружин Святого Креста» не только в тылу, но и на фронте. В 1919 году Временным Высшим Церковным Управлением Сибири он возводится в сан игумена и назначается корпусным благочинным 11-го Яицкого армейского корпуса, вошедшего в состав Южной армии. Отступив вместе со своей частью через безводный Северный Туркестан и войдя в состав Оренбургской армии атамана Дутова, отец Иона принял должность главного священника армии. После отстранения атамана от командования армией он остался вместе с Дутовским отрядом и разделил с ним трагический изход из пределов родной земли. Под ударами большевиков «горсть удальцов Дутова» отошла из Семиречья, через город Лепсинск и, без запасов провианта и фуража, преодолела в начале 1920 года перевал Кара Сарык высотой в 19 000 футов. Будущий святитель прошёл до конца крестный путь своей паствы, со всеми её лишениями и жертвами, иной раз руками с ободранной кожей хватаясь за выступы обледенелых скал и редкий кустарник чтобы не сорваться с головокружительных высот Памира. Но Бог сохранил его, как говорил он сам, для предстоящего ему епиского служения – остатки Дутовцев спустились в Синьцзян, Китайский Туркестан.

В 1922 году, когда Зарубежный Синод образовал новую Пекинскую епархию с двумя викариатствами – Шанхайским и Тяньцзиньским, – архимандрит Иона был избран на должность второго викария. В сентябре 1922 года в Пекине была совершена его архиерейская хиротония во епископа Тяньзиньского с назначением его настоятелем Иннокентьевского миссионерского собора в городе Маньчжурии. Среди архиереев, участвовавших в наречении и хиротонии, были Начальник Миссии архиепископ Пекинский Иннокентий, епископы Забайкальский Мелетий и Шанхайский Симон. Прибыв в Маньчжурию 19 октября 1922 года, новохиротонисанный архипастырь начал свой святительский подвиг, совершая апостольское хождение в народ.


Святительское служение

В течении трехлетнего служения святителя Ионы в Маньчжурии своим неутомимым трудом, бескопромиссной приверженностью ко Христовой запаведи о милосердии и благодатью Божией он достиг того, на что обыкновенному честному труженику потребовались бы десятилетия. Город Маньчжурия, в момент его прибытия переполненный тысячами русских беженцев без средств и ориентиров, с разобщенным и взбудораженным обществом, схлопывающейся экономикой и чахнущей духовно-нравственной жизнью, полностью преобразился под его влиянием.

Преосвященный Иона приложил немало трудов для духовного просвящения паствы. Он издавал духовно-нравственные листки и читал лекции в Харбине, на богословско-философских курсах в Харбинском политехническом институте. В организованной по его инициативе местной семинарии, в которой училось много китайских юношей, он преподавал Закон Божий. Последним же его начинанием была библиотека-читальня и организация продажи книг.

Главным предметом забот и величайшей отрадой святителя были дети. Владыка основал приют для малолетних сирот и каждого встреченного бесприютного ребенка принимал без различия, как любящий отец. Владыка никогда не ложился спать, пока не проверит в спальнях у детей, как они легли. Кто открыт - тихонько укроет, проверит - цела ли одежда и обувь, уходя - перекрестит спящих, возьмет с собой порванную детскую одежду - чинить. Он мечтал устраивать детские лагеря каждое лето, и, несмотря на множество препятствий, с приютскими и детьми его школы раза два сходил в степь, где принимал участие в детских играх и сборе цветов. Дети же платили ему такой горячей искренней любовью, какую не всегда встретишь в семьях.

Владыка в беседах с близкими людьми часто говорил, что главная цель всех его трудов по устройству просветительных и благотворительных учреждений заключается в том, чтобы сохранить детские души от того организованного похода на них, который предпринят богоборцами и растлителями христианской нравственности, а также поддержать проявлением христианской помощи в разных болезнях и недугах колеблющийся дух людей, впавших в нищету и утративших нравственные устои под влиянием безбожной и безнравственной пропаганды.

Получив в 1925 году новый тутул епископа Ханькоуского, с которым он вошел в историю, святой Иона заболел ангиной, но продолжал ревностно совершать богослужения. При повышенной температуре он служит на Воздвижение и Покров и при больном горле, почти шепотом, поучает свою паству евангельским истинам. От споласкивания горла керосином у владыки происходит заражение крови, и вызванный 19 октября врач призывает поскорее поисповедоваться и причаститься – болезнь, которой до последних дней не придавали значения ни сам святитель, ни его близкие, оказывается неизлечимой.


Кончина и прославление

Господь даровал владыке «конец благий», в котором сполна проявилось то духовное величие которое стояло за его неудержимой деятельностью. У владыки собрались его духовные чада и дети, множество других молились в церкви о его выздоровлении. Перед своей кончиной, святитель велел облачить его в епитрахиль и поручи преподобного Амвросия Оптинского, указал к погребению одеть его в белое облачение с митрой, полученной им от маньчжурской паствы, и похоронить за алтарем, рядом с основателем подворья отцом Михеем, которого святитель за несколько дней до своей кончины отпевал. Лишь несколько дней назад, в письме владыке Нестору, говоря о последних мгновеньях отца Михея, владыка Иона писал: «Будем, будем спешить сейчас себя приготовлять, чтобы с радостью идти к Бессмертному Царю. Не знаем мы, быть может и моя и твоя свеча догорает, как дорога каждая минута в устроении спасения». Теперь же, в своей последней воле прося у пасомых «Не бросайте детишек, берегите их», святитель тихо отходил от сей кратковременной жизни, свершив свой бег к Царству Господню.

Так свято завершилось краткое трехлетнее епископство угодника Божия, всего лишь на тридцать седьмом году его жизни, 20 октября 1925 года. Отпевание святителя возглавил архиепископ Мефодий с сонмом духовенства при 8,000 молящихся (тогда как все население Маньчжурии составляло 10,000 человек). С глубокой скорбью и обильными слезами провожала его «в путь всея земли» многолюдная его паства с клиром и детьми горячо любимого им приюта. Погребли Владыку за алтарем храма.

После победы коммунизма в Китае настала година гонений на иностранцев и религию. Русский изход из Китая увел питомцев и духовных детей святителя в другие страны рассеяния, а в 1964 году Иннокентиевский собор был взорван. В феврале 1994 года В. И. Уфаев, тщанием «Общества бывших маньчжурцев» в Сан-Франциско, отправился в Китай, где добился разрешения властей на вывоз честных останков владыки Ионы. В июле того же года, в день великого князя Владимира (имя святителя в миру), он приступил к проведению раскопок на месте погребения у алтарной стены взорванного собора, однако мощи, к сожалению, по всей вероятности, оказались уничтоженными.

Святитель Иона (Покровский)_1


Но память о житии, подвиге и кончине владыки не угасла, и 13 сентября 1996 года Архиерейский Собор Русской Зарубежной Церкви вынес определение о церковном прославлении святителя Ионы Ханькоуского, которое было совершено 20 октября 1996 года, в день его преставления и памяти.

Тропарь
глас 4
Пастырь добрый был еси русским людем, пристанище обретшим в чуждей стране, всяко наставляя их, наипаче же любви Христовой, образ любве нелицемерныя во всем показуя, темже, святителю отче Ионо, моли Христа Бога спастися душам нашим.

Кондак
глас 3
Детем не возбранил еси приходити к тебе, богоблаженне, пекийся о насущных их, и храмину им создал еси, по кончине же твоей их не оставил еси, отрока бо расслаблена в сонном видении исцелив. Сего ради вопием ти: Радуйся, чудодейственниче, Ионо преславный.


Священномученик Алексий (Могильницкий) протоиерей, Лельчицкий

Священномученик Алексий Лельчицкий (Могильницкий) с семьей и внуками
(Священномученик Алексий Лельчицкий (Могильницкий) с семьей и внуками)


Отец Алексий (Алексей Савельевич Могильницкий) родился 17 октября 1870 года в городе Минске в семье мещан Савелия и Герминии Фоминичной Могильницких. Его отец, отставной военный, состоял губернским писарем. В десятилетнем возрасте Алексей избирает путь служения Богу и поступает в Минское духовное училище, а затем — в Минскую духовную семинарию. 8 мая 1892 года по представлению начальства семинарии Алексей Могильницкий посвящён Его Преосвященством Преосвященнейшим Симеоном (Лыньковым), епископом Минским и Туровским в стихарь.

13 июня 1892 года с аттестатом второго разряда Алексий закончил полный курс духовной семинарии. Одиннадцать лет своей жизни он посвятил духовному образованию, считая служение Богу и послушание Церкви основой своего пастырского долга. Примерно в эти же годы Алексей Могильницкий сочетается церковным браком с девицей Анастасией Ивановной 1875 года рождения. 9 октября 1892 года, по прошению, Могильницкий был назначен псаломщиком к Островской церкви Пинского уезда. Имея твёрдое желание послужить Матери-Церкви на пастырском поприще, он подаёт прошение о рукоположении его в священнический сан. Спустя год желание осуществилось: 31 августа 1893 года в Минском кафедральном соборе псаломщик Алексей Могильницкий был рукоположен во диакона, а 5 сентября того же года — во священника. Хиротонию совершил Преосвященнейший Симеон (Лыньков), епископ Минский и Туровский.

Три года своего пастырского служения отец Алексий трудился в качестве священника Рождества-Богородичной церкви села Великий Бор Речицкого уезда и учителя Закона Божия Велико-Борского народного училища. В клировой ведомости Велико-Борской церкви имеются сведения о том, что с октября по ноябрь 1893 года священником Алексием Могильницким было сказано 17 проповедей и 16 бесед. Этот факт свидетельствует о нем как о ревностном проповеднике. 5 августа 1894 года у отца Алексия и матушки Анастасии родилась дочь Лариса, в замужестве Давидовская.

4 апреля 1896 года согласно поданному прошению отец Алексий был переведён в Турковскую церковь Бобруйского уезда. Более десяти лет он нёс послушание на этом приходе, одновременно исполняя другие обязанности: состоял в должности законоучителя Турковского народного училища, являлся духовным следователем первого участка Бобруйского уезда (с 1899 года), членом ревизионной комиссии по проверке отчётности Паричского женского духовного училища, исполнял обязанности бобруйского уездного наблюдателя церковных школ, входил в состав Бобруйского уездного отделения Минского епархиального училищного совета (с 25 февраля 1902 года).

Приход отца Алексия насчитывал одиннадцать деревень и около пяти тысяч прихожан. Одновременно батюшка служил в приписном к Турковской церкви храме деревни Бирча. Стараниями отца Алексия в 1898 г. в селе Турки был построен новый деревянный храм, освящённый в честь Святой Троицы, а также колокольня, трапезная и другие церковные постройки. К сожалению, храм не сохранился до нашего времени, но осталась фотография, по которой можно судить о его красоте и величии. В Турках у отца Алексия и матушки Анастасии рождается ещё четверо детей: сын Феодосий (28 февраля 1898 года), сын Тихон (30 октября 1899 года), дочь Нина (11 февраля 1901 года) и сын Николай (16 января 1903 года).

Начинается русско-японская война. По отношению к воинской службе отец Алексий состоял ратником народного ополчения II разряда. Будучи в должности председателя Турковского попечительства, он принял активное участие в сборе пожертвований для воинов и был удостоен серебряной медали Красного Креста, а также отмечен серебряной медалью в память Императора Александра III. Имел отец Алексий и священнические награды. 25 мая 1899 года был награжден набедренником, в 1902 году — Архипастырским благословением, напечатанным в «Епархиальных ведомостях», с внесением в формулярный список за особое отношение к церковно-школьному делу. В этом же году награждён бархатной фиолетовой скуфьей, 20 октября 1906 года награждён Святой Библией от Святейшего Синода, а в мае 1909 года — камилавкой, позже — наперсным крестом и саном протоиерея. Награждения батюшки и его отношение к ним свидетельствуют о честности, простоте, нестяжательности и смирении отца Алексия. Сохранилась заполненная им в 1922 году при регистрации прихода в исполкоме анкета, в которой он пишет: «По недостатку средств и трудности для меня пути не могу ехать в Минск к епископу для посвящения в сан протоиерея и получения установленной грамоты на сей предмет, а посему, хотя и награждён этим саном, но до выполнения указанного правила со стороны моей духовным ведомством именуюсь священник, на основании чего и сам подписываюсь этим званием». С момента получения сана протоиерея до мученической кончины отца Алексия прошло пятнадцать лет, что дает основание предположить, что в сан он был всё-таки посвящён.

16 октября 1907 года согласно поданному прошению отец Алексий был переведён в город Мозырь. Здесь батюшка служил в Свято-Михайловском соборе и одновременно преподавал Закон Божий в Мозырской женской правительственной гимназии, Мозырском мужском приходском 1-классном училище (до конца 1917 года). На каких бы приходах ни служил отец Алексий, везде было отмечено его усердие к службе и преподаванию Закона Божия. «…Священник Алексий Могильницкий на службе состоит с 1892 года, поведения отличного, к исполнению служебных обязанностей относится с усердием, проповеди и поучения произносит аккуратно, образа жизни примерного, поведение с его семейством — отличное, крестит погружательно, штрафован не был, взысканиям и суду не подвергался, под следствием и судом не состоял, в отпусках не был, за штатом и без места не был, имеет награды до наперсного креста включительно», — такая характеристика отца Алексия осталась в ведомостях о духовенстве по первому благочинному округу Мозырского уезда Минской губернии за первую половину 1915 года. За ревностную службу и усердное преподавание Закона Божьего в народных училищах Минской епархии Его Преосвященством отцу Алексию неоднократно выражалась благодарность.

В 1912 году семью Могильницких постигло огромное горе: умерла матушка отца Алексия — Анастасия Ивановна. Ей было тогда всего тридцать семь лет. Овдовев, отец Алексий остался с пятью несовершеннолетними детьми. Сильный духом, он не впал в уныние, не опустил рук. Все дети остались на попечении батюшки. Как известно из Писания, дети праведника не просят хлеба (Пс. 36: 25). Не оставил Господь своим промыслом и семью отца Алексия, который, несмотря на слабое здоровье, сумел взрастить, воспитать и дать по тому времени хорошее образование своим детям. Небольшое домашнее хозяйство помогала вести престарелая домработница Хиония Павловна Падольская. По-разному сложились судьбы детей отца Алексия. Сын Феодосий во время Первой мировой войны эмигрировал в США, где долгое время преподавал богословие в Бостонском университете. Дочь Лариса в 1913 году окончила Паричское духовное училище, но, рано овдовев, переехала в город Гомель и стала там учительницей. Сын Николай стал преподавателем и учительствовал до 1923 года в городе Словечно (Украинская ССР). Дочь Нина работала в Круковичском волостном исполкоме Речицкого уезда и вместе с мужем Николаем также переехала в город Гомель. Там они жили до 1939 года. Затем Лариса с семьёй уехала в Ростов, а Нина — в Белосток. Сын Тихон в 1912 году обучался в Мозырской мужской гимназии, дальнейшая его судьба, к сожалению, неизвестна.

В 1920 году отец Алексий был переведён в местечко Лельчицы Мозырского уезда, где он нес священническое послушание до самой своей мученической кончины. Лельчицкий приход, основанный в XVIII веке, на тот период времени относился к Скрыгаловскому благочинию. Храм, в котором служил отец Алексий, был построен в 1889 году и освящен в 1892 году в честь Пресвятой Троицы, как и прежний, стоявший до него.

храм Святой Живоначальной Троицы в городе Лельчицы
(храм Святой Живоначальной Троицы в городе Лельчицы, Беларусь)

20-30 годы XX столетия были, как известно, годами воинствующего атеизма. В 1922 году в Восточной Белоруссии под руководством советской власти проходила кампания по изъятию церковных ценностей. Не обошла она и Троицкую церковь. Антирелигиозная агитация и безбожная политика набирали обороты и давали свои горькие плоды. Об этом говорят и некоторые цифры. Если в 1917 году в Лельчицком приходе насчитывалось 4539 православных жителей, то к 1925 году их число сократилось до 2416 человек. Несмотря ни на что, отец Алексий оставался верным Богу, своему священническому долгу и вверенной ему пастве до конца. Призвание на священнослужение в период яростного гонения на церковь – залог святости. Священное Писание свидетельствует: «…кого Он предопределил, тех и призвал, а кого призвал, тех и оправдал; а кого оправдал, тех и прославил» (Рим. 8: 30).

Документальные факты последних семнадцати лет жизни отца Алексия Могильницкого ясно свидетельствуют о том, что эти годы его служения освящены подвигом исповедничества. В 1930 году отец Алексий был осужден народным судом на один месяц принудительных работ по надуманному обвинению: «за хранение мелкоразменной монеты». Прецедент создан. Восхождение на Голгофу началось. Но «кто отлучит нас от любви Божией: скорбь или теснота, или гонения, или голод, или нагота, или опасность, или меч? как написано: за Тебя умерщвляют нас всякий день; считают нас за овец, обреченных на заклание» (Рим. 8: 35-36; ср. Пс. 43: 23). Осенью 1935 года храм закрывают и обращают в зернохранилище. Но своего пастырского служения священник не оставляет. Ничтоже сумняся, он продолжает совершать богослужения на своей квартире.

Читаем показания отца Алексия в протоколе допроса: «Религиозные обряды до осени 1935 года совершал в Лельчицкой церкви, а после этого начал проводить на своей квартире, как-то: крещение новорожденных, поминовение умерших и т.д.». На дом к нему приходило много людей — не только жители Лельчиц, но и окрестных деревень. И никому батюшка, по собственному признанию, не отказывал в их религиозных нуждах и духовном окормлении. Его дом был практически превращен в церковь, что не могло не обратить на себя внимание безбожной власти и послужило поводом для систематических провокаций для обвинения отца Алексия в контрреволюционной деятельности. Не остался без внимания властей и тот факт, что на Пасху (1 мая) 1937 года в деревне Симоничи группа женщин требовала открытия церкви. Поступил отказ. Тогда женщины сломали замок и самовольно начали совершать богомолье. Инцидент послужили поводом к аресту священника.

Батюшка был арестован 14 августа 1937 года и направлен на содержание в Мозырскую тюрьму. Он обвинялся по статьям 72, 76 УК БССР в том, что, «являясь участником контрреволюционной группировки, систематически возводил клевету на Советскую власть, восхвалял жизнь фашистской Польши и Германии, проводил активную агитацию против всех мероприятий партии и правительства, проводимых в деревне, призывая колхозников к выходу из колхоза. Распространял провокационные слухи о скорой войне и поражении в ней Советской власти, устраивал нелегальные собрания, где проводил контрреволюционную работу». Конечно же, ни в одном из предъявленных ему обвинений отец Алексий себя виновным не признал и никого не оговорил. Его дело было направлено на рассмотрение особой тройки НКВД БССР.

27 сентября 1937 года вынесено постановление избрать по отношению к обвиняемому высшую меру наказания. Дата совпала с праздником Воздвижения Животворящего Креста Господня. Остается только догадываться, по чьей воле произошло это совпадение. 20 октября 1937 года приговор был приведен в исполнение в городе Мозыре.

«Свершилось!» (Ин. 19: 30).

Священномученик Алексий Лельчицкий (Могильницкий)

Так кротко, мужественно и безропотно пронес свой великий крест до конца отец Алексий Могильницкий. И, поскольку был умерщвлен за свидетельство истины, — верим: сподобился у Господа обещанного верным до смерти венца жизни и белых одежд (см. Откр. 2, 6, 7, 9-10; 11, 13-17). Спустя полвека справедливость в отношении отца Алексия была восстановлена. 7 июня 1989 года, в день, когда церковь празднует обретение главы Иоанна Предтечи, он был посмертно реабилитирован.


Tags: Новомученики и Исповедники Российские, Православие, Святые дня, икона Божьей Матери Умиление Псковско-Пе
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 3 comments