filin_dimitry (filin_dimitry) wrote,
filin_dimitry
filin_dimitry

7 июля (н. ст.) – День победы русского флота над турецким флотом в Чесменском сражении

7 июля (н. ст.) – День победы русского флота над турецким флотом в Чесменском сражении

Морское сражение у крепости Чесма между русской и турецкой эскадрами – одно из крупнейших в эпоху парусного флота. Чесменское сражение стало настоящим триумфом русского флота и послужило весомым аргументом при заключении Кючук-Кайнарджийского мира, завершившего Русско-турецкую войну 1768-1774 гг.

По своим результатам это сражение не имело аналогов в истории парусных флотов мира. 73 турецких судна — линейные корабли, фрегаты, шебеки, галеры, галиоты — сгорели в течение одной ночи; более 10 тысяч человек — две трети личного состава турецкого флота — погибли в огне и морской бездне. Русская объединенная эскадра потеряла в том сражении 11 человек: 8 на 66-ти пушечном линейном корабле «Европа» (командир капитан 1 ранга Клокачев Федот Алексеевич) и 3 на линейном корабле «Не тронь меня» (командир капитан 1 ранга Петр Бешенцев Федорович). Турецкий флот прекратил свое существование на Средиземном море.

По этому поводу адмирал Григорий Андреевич Спиридов доносил президенту Адмиралтейств-коллегии следующее: «Слава господу богу и честь Всероссийскому флоту! С 25 на 26 июня неприятельский военный турецкий флот атаковали, разбили, разломали, сожгли, на небо пустили, потопили и в пепел обратили,…а сами стали быть во всём Архипелаге…господствующими».

Этой победе Россия обязана была, прежде всего, опытному флотоводцу адмиралу Г. А. Спиридову.

Адмирал Григорий Андреевич Спиридов
(Адмирал Григорий Андреевич Спиридов)

Первое столкновение русских и турецких кораблей произошло в Хиосском проливе. 24 июня (7 июля) 1770 года, нагнав вдвое превосходящую по численности турецкую эскадру, адмирал Спиридов, под командованием которого находилось 9 линейных кораблей, 3 фрегата, один бомбардирский корабль и 17 вспомогательных судов, оценив позицию неприятельского флота, принял решение атаковать. Эскадра турок была построена в две линии, что позволяло использовать лишь половину огневой мощи, кроме того, пространство для маневра было ограниченно берегом.

План Спиродова заключался в следующем: под прямым углом, используя направление ветра подойти к неприятелю на расстояние бортового залпа и нанести как можно больший урон первой линии кораблей, в первую очередь, флагманским кораблям противника с целью нарушения управления флотом, не позволяя, при этом, туркам использовать численное превосходство.

Чесменский бой схема


Для сражения А. Орлов весь флот разделил на три части: авангард:

«Европа» (66-ти пушечный, командир капитан 1-го ранга Клокачев Федот Алексеевич)
«Евстафий» (66-ти пушечный, командир капитан 1-го ранга Круз Александр Иванович)
«Три святителя» (66-ти пушечный, командир капитан 1-го ранга Хметевский Степан Петрович)
фрегат «Святой Николай» (36-ти пушечный, командир грек Поликутти).

Командовал авангардом адмирал Г.А.Спиридов. Он находился вместе с Федором Орловым на «Евстафии». Кардебаталия:

«Иануарий» (66-ти пушечный, командир капитан 1-го ранга Борисов Иван Антонович)
«Три иерарха» (66-ти пушечный, командир капитан бригадирского ранга Самуил Карлович Грейг)
«Ростислав» (66-ти пушечный, командир капитан 1-го ранга Лупандин Василий Федорович)
бомбардирский корабль «Гром» (20-ти пушечный, командир капитан-лейтенант Перепечин)
пакетбот «Почтальон» (16-ти пушечный, командир капитан-лейтенант Еропкин)
транспорт «Орлов».

Командовал кардебаталией А. Орлов, который находился на «Трех иерархах». Арьергард:

«Не тронь меня» (66-ти пушечный, командир капитан 1-го ранга Бешенцев)
«Святослав» (84-х пушечный, командир капитан 1-го ранга Роксбург)
«Саратов» (66-ти пушечный, командир капитан 2-го ранга Поливанов Афанасий Тимофеевич).

Командовал арьергардом контр-адмирал Д.Эльфинстон, который находился на «Святославе». Линейные корабли: «Евстафий», «Три святителя», «Иануарий», «Три иерарха» и «Святослав», а также фрегаты «Надежда благополучия» и «Святой Николай», бомбардирский корабль «Гром» были построены на «Адмиралтейских вефях». Остальные корабли построены в Архангельске на Соломбальской верфи.

В 11:30 корабли турецкой эскадры открыли огонь по приближающемуся флоту русских, однако, ощутимых повреждений не нанесли. К 12:00 маневр русского был, в целом завершен – начался ожесточенный обмен пушечными залпами на близкой дистанции. Не удалось занять свои места в строю трем русским кораблям: «Европа», вынужден был выйти из линии по настоянию лоцмана, позже он развернулся и встал за «Ростиславом», «Трех Святителей» из-за повреждения такелажа снесло в центр турецкого строя, «Св. Януарий» отстал и вынужден был развернуться и выйти из строя. После выхода из боя «Европы» основной целью турецких кораблей стал «Евстафий», на котором находился адмирал Свиридов. Флагман русского флота на расстояние ружейного выстрела сблизился с турецким 90-пушечным флагманом «Реал-Мустафа». Из-за больших потерь «Евстафий» не мог сманеврировать – завязался абордажный бой.

В 12.30 бой был в полном разгаре. К часу дня подошли корабли арьергарда. «Евстафий» начал постепенно уваливаться на турецкий флагманский 90-то пушечный корабль «Реал Мустафа». Русские матросы с нетерпением ожидали схватки с противником в рукопашном бою. В это время бушприт «Евстафия» воткнулся в «Реал-Мустафу» между грот и бизань мачтами. Абордажные команды бросились на турецкий корабль. Завязалась ожесточенная схватка. Один из матросов вцепился в турецкий флаг, неприятельская сабля отрубила смельчаку руку, он протянул левую руку, но и она была ранена. Тогда он вцепился в конец флага зубами. Но тут же был проколот насквозь. Вот как описывает этот эпизод в своей поэме «Чесменский бой» поэт М.М.Херасков: «…Тогда над турками победу возвестить, хотел россиянин с кормы их флаг схватить; не отнял вдруг его, колико ни пытался, меж волн и меж небес висящ на нем остался; он руки потеряв, его не отпустил, всех способов лишен, зубами флаг схватил; сарацин его мечом во чрево прободает, трепещет, держится, луну не покидает; до крайности такой её не уступал, доколь на свой корабль со флагом не упал». Не выдержав атаки, турецкий адмирал Хасан-Бей бросился за борт. За ним последовала вся турецкая команда. В напряженную минуту, когда оба корабля уже сцепились на абордаж, из-под палубы турецкого корабля вырвался столб пламени, и он весь загорелся. Русские матросы бросились спасать свой корабль. Тем временем пламя с горящего «Реал-Мустафа» перебросилось на «Евстафий». К «Евстафию» на помощь устремились шлюпки, но успели снять только адмирала Г. А. Спиридова и Ф. Г. Орлова да еще несколько человек.

Горящая грот-мачта турецкого корабля упала поперек «Евстафия», и пожар стал общим, охватив и русский и турецкий корабли. Прошло еще несколько минут, и раздался оглушительный взрыв. Огонь попал в крюйт-камеру «Евстафия» и он взлетел на воздух. Так как «Евстафий» был флагманским, на нем находилась казна и другие важные документы, которые сгорели вместе с кораблем. Вслед за ним взлетел и «Реал-Мустафа». Горящие обломки засыпали турецкие корабли. Мужество оставило турок. Их передние корабли, не выдержав натиска русских, устрашенные двумя взрывами, рубили канаты якорей и беспорядочно, побежали, толкаясь, и ломая друг друга, в Чесменскую бухту, расположенную рядом. Было 13.30. Корабль «Три иерарха», на котором находился А. Орлов, поднял сигнал общей погони, и русские корабли, тесня отступавшего врага, преследовали его до самого входа в Чесменскую бухту. К двум часам дня сражение закончилось. Русская эскадра блокировала вход в Чесменскую бухту, где беспорядочно столпились вражеские корабли. Так завершилась первая фаза Чесменского сражения, которую в военно-морской истории называют Хиосским сражением. Обе стороны потеряли по одному линейному кораблю. На «Евстафии» погибло 620 человек, в том числе 22 офицера. Спаслись лишь командир капитан 1-го ранга А. И. Круз, 9 офицеров и 15 матросов.

25 июня 66-ти пушечный корабль «Три иерарха» под командованием контр-адмирала С. К. Грейга и 20-ти пушечный бомбардирский корабль «Гром» бомбардировали турецкий флот, укрывшийся в Чесменской бухте, а также береговую батарею, установленную турками на южном мысу Чесменской бухты. Адмирал Г. А. Спиридов говорил: «Легко мне было предвидеть по знанию моему морского искусства, что сие их убежище будет и гроб их». Вечером на совете флагманов и капитанов у А. Орлова было решено уничтожить турецкий флот в ночь на 26 июня брандерами и зажигательными снарядами (брандскугелями). Алексей Григорьевич решился: «Наше ж дело должно быть решительное, чтоб оной флот победить и разорить, не продолжая времени, без чего здесь, в Архипелаге, не можем мы и к дальним победам иметь свободные руки; и для того, по общему совету, положено и определяется: к наступающей ныне ночи приуготовиться…».

И. Айвазовский. «Чесменский бой»
(И. Айвазовский. «Чесменский бой»)

Для уточнения обстановки следует добавить, что ширина бухты Чесмы у входа около 750 метров, а длина её не превышает 800 метров. Турецкий флот стоял, скучено в глубине бухты, и если вспомнить, что длина корабля была около 54 метров, то можно себе представить, как плотно стояли турецкие корабли по ширине бухты. Турецкий флот представлял собой идеальный объект для атаки брандерами, и решение русского командования вполне отвечало как обстановке, так и задаче.

Еще в 17.00 6 июля (25 июня) бомбардирский корабль «Гром» стал на якорь перед входом в Чесменскую бухту и начал обстрел противника. Ночь с 6 на 7 июля (с25 на 26 июня) была тихой и лунной. В 23.30 корабль «Европа» снялся с якоря и, согласно приказу, занял место в непосредственной близости от турецких кораблей.

В 0.30 «Европа» завязал бой со всем турецким флотом, открыв огонь ядрами и брандскугелями. К часу ночи «Ростислав» занял назначенное место. За ним шли изготовленные брандеры. Вслед за «Европой» и «Ростиславом» приходили и становились на якорь и другие назначенные по диспозиции корабли. Удачно выпущенным зажигательным снарядом с бомбардирского корабля «Гром» был вызван пожар на одном из турецких кораблей, стоявшем в центре бухты, огонь с которого распространился на ближайшие подветренные турецкие корабли. В это же время по сигналу контр-адмирала С.К.Грейга были выпущены в атаку 4 брандера, из которых один (капитан-лейтенант Дугдаль) был отбит турецкими галерами, второй (капитан-лейтенант Мекензи) приткнулся к мели, третий (мичман Гагарин) свалился с уже горящим кораблем, четвертый же под командой лейтенанта Дмитрия Ильина, сцепившись с одним из турецких линейных кораблей, зажег его и создал новый очаг пожара, который вскоре распространился на несколько ближайших кораблей.

С окончанием атаки брандеров русские корабли, обеспечивавшие их атаку, вновь открыли огонь по противнику. В конце второго часа два линейных турецких корабля взлетели на воздух. В 2.30 ночи еще три турецких корабля прекратили свое существование. К этому времени в бухте пылало свыше 40 судов, представлявших собой море огня. От 4.00 до 5.30 взорвалось еще 6 линейных кораблей. К рассвету почти весь турецкий флот сделался жертвой огня. Сгорело 15 линейных кораблей, 6 фрегатов и большое число мелких судов. Были выведены из огня и захвачены линейный корабль «Родос» и 5 галер. Турки потеряли свыше 10000 матросов и офицеров. Потери русских на судах отряда контр-адмирала С.К.Грейга — 11 убитых. По этому поводу адмирал Г. А. Спиридов доносил президенту Адмиралтейств-коллегии следующее: «Слава господу богу и честь Всероссийскому флоту! С 25 на 26 июня неприятельский военный турецкий флот атаковали, разбили, разломали, сожгли, на небо пустили, потопили и в пепел обратили…а сами стали быть во всём Архипелаге…господствующими». В письме к вице-канцлеру Голицыну А. Орлов писал: «Превосходные его силы не устрашили храбрых Россиян, кои все с великою радостию желали на неприятеля сделать нападение; почему медля нимало, того числа в полдень атаковали разбили и прогнали в порт под крепость Чесма. Не удовольствовавшись сим, 25 числа, в полночь, атакован был неприятель вторично и совсем разбит. Из шестнадцати неприятельских линейных кораблей, шести фрегатов, множества шебек, бригантинов, полугалер и других малых судов не осталось ничего, кроме печальных следов сего вооружения; все без остатка потоплены, переломаны и сожжены».

граф А. Г. Орлов
(граф А. Г. Орлов)

В Петербурге о Чесменской победе стало известно только в начале сентября 1770 г.

Церковное празднование этой победы состоялось в столице 14 (3) сентября 1770 г.

Накануне Адмиралтейств-коллегия приказала, чтобы в этот день к 8 часам утра все ее члены, флагманы, экспедиторы и советники в парадной форме прибыли в Богоявленский морской собор Николая Чудотворца, где «для принесения вседолжного благодарения Всевышнему за одержанную флотом победу и совершенное истребление в Леванте всего турецкого флота» сама императрица «изволит быть». После литургии, которую служил член Синода архиепископ Петербургский и Ревельский преосвященный Гавриил, Псковским архиепископом Иннокентием с прочим духовенством был совершен благодарственный молебен.

15 (4) сентября в Петропавловском соборе в присутствии Екатерины прошла соборная панихида по Петру I в честь и поминовение его «яко основателя и первого потому винника сего великого и славного происшествия морских российских сил».

23 (12) сентября 1770 г. последовал указ Екатерины II Адмиралтейств-коллегии с повелением о производстве заслуженных в Архипелаге наград за турецкие флаги, пушки и взятые корабли и о пожаловании нижних чинов всех участвовавших в сражении морских и сухопутных команд серебряными, «на сей случай сделанными» наградными медалями для ношения их в память боя на голубой ленте в петлице.

Серебряная медаль за Чесму
(Серебряная медаль за Чесму)

В следующем 1771 г. по указу Святейшего Синода от 24 (13) мая благодарственные молебны в честь и память одержанной в 1770 г. при берегах ассийских победы отныне должны были служиться в церквях ежегодно 24 (13) июня. К синодскому указу прилагался список всех церквей адмиралтейского ведомства.

31 (20) мая того же года на представлении Адмиралтейств-коллегии, ходатайствовавшей о повелении произвести в день празднования пушечную стрельбу со всех адмиралтейских крепостей по примеру того, как это было узаконено Петром I в честь Полтавской битвы, Екатерина II написала: «Во вторник 24 числа из 31 пушки во время войны всякий год».

24 (13) июня 1771 г., в день празднования первой годовщины Чесменской победы, после молебна в Богоявленском морском соборе Николая Чудотворца, по ракетному сигналу от собора, прозвучали выстрелы орудий с бастионов Адмиралтейской крепости и из Галерной гавани.

Триумфаторами Чесменской битвы стали граф Алексей Орлов: он был награжден орденом Св. Георгия 1-й степени и получил право добавить к своей фамилии почетное Чесменский; адмирал Спиридов: представлен к высшей награде Российской империи – ордену Св. Андрея Первозванного. С Грейгу было присвоено звание контр-адмирала, также он удостоен ордена Св. Георгия 2-й степени, который давал право на потомственное дворянство.

В честь этой победы установлен Чесменский обелиск в Гатчине. В 1778 году в Царском Селе была возведена Чесменская колонна. В Петербурге 1774-1777 построен Чесменский дворец и Чесменская церковь в 1777-1778. Имя «Чесма» в Российском флоте носил эскадренный броненосец и линейный корабль. Также в Анадырском заливе название Чесма получил мыс, открытый в экспедиции 1876 года клипером «Всадник». Чесменское морское сражение стало триумфом военно-морских сил России и доказало способность адмиралов действовать даже в крайне сложных условиях.

(по материалам: http://topwar.ru/16168-7-iyulya-den-pobedy-russkogo-flota-nad-tureckim-flotom-v-chesmenskom-srazhenii.html; http://chesma.spb.ru/history-battle)

Господи, молитвами святителя Николая Мирликийского Чудотворца и великомученика Георгия Победоносца даруй нашему оружию и нашему воинству быть непобедимыми, огради нашу страну от нашествия иноплеменных и от междуусобной брани и всех воинов и вождей за веру и Отечество головы свои на полях браней положивших упокой в Своих Небесных Селениях!

Tags: Россия, Турция, история
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment