filin_dimitry (filin_dimitry) wrote,
filin_dimitry
filin_dimitry

06 (19) июля 2017 года. Святые дня, молите Бога о нас! (ч.2)

Продолжение…


Преподобный Сисой Печерский, схимонах

Преподобный Сисой Печерский, схимонах

Память 6 июля, в Соборе преподобных отцов Киево-Печерских Дальних пещер и в Соборе всех преподобных отцов Киево-Печерских.


Подвизался в XIII веке в Киево-Печерском монастыре. О нем известно, что он был схимонах и постник. Мощи его покоятся в Дальних (Феодосиевых) пещерах.

Воспоминается в общей службе Преподобным отцам Киево-Печерским, почивающим в Дальних пещерах, вместе с преподобным Григорием Постником: "Сисое чудне и Григорие, имя от бодрости имевый, оба постом обуздавше своя страсти, свирепеющую похоть нашея плоти смирите: вам бо дана есть благодать в страстех нам способствовати" (5-я песнь канона).

Есть и другой, соименный ему, святой Сисой, см. Сисой Печерский.


Тропарь Сисою, схимнику Печерскому, в Дальних пещерах

глас 1
Пустынный житель, и в телеси Ангел, / и чудотворец явился еси, Богоносе отче наш Сисое, / постом, бдением, молитвою Небесная дарования приим, / исцеляеши недужныя и души верою притекающих ти. / Слава Давшему тебе крепость, / слава Венчавшему тя, / слава Действующему тобою всем исцеления.


Священномученик Исавр, диакон, мученики Иннокентий, Филикс, Ермий, Василий, Перегрин, Руф, Руфин

Святые мученики Исавр диакон, Иннокентий, Филикс, Ермий, Василий, Перегрин - афиняне, пострадавшие за Христа в македонском городе Аполлонии при императоре Нумериане (283-284). Вместе с ними были усечены уверовавшие во Христа два градоначальника - Руф и Руфин.


Мученик Коинт (Квинт) Фригийский

Происходил из Фригии (римская провинция в Малой Азии). С юности был наставлен в христианской вере и благочестии. Придя в Неолиду, он творил много милостыни и молитвой исцелял одержимых нечистыми духами. Правитель области Руф принуждал святого принести языческую жертву идолам, но впал в беснование, и св. Коинт исцелил его именем Христовым. Потрясенный Руф в благодарность отпустил святого, наградив его.

По дороге в Пергам святой подвижник был схвачен язычниками, которые стали мучить его за то, что он христианин. Сохраняемый благодатью Божией святой остался жив, исцелился и после своего исповеднического подвига прожил еще десять лет в служении ближним, совершив много чудес. Преставился он в 283 г.


Мученица Лукия, мученики Рикс (Авций), Антоний, Лукиан, Исидор, Дион, Диодор (Диор), Кутоний, Аронос, Капик и Сатур

Святая Лукия, уроженка итальянской области Кампания, с юных лет посвятила себя Богу и жила строго и целомудренно. Еще совсем молодой она попала в плен к вождю одного из германских племен, Риксу, и была уведена на чужбину. Рикс сначала принуждал святую Лукию к исполнению языческих обрядов, но, видя ее твердость в вере и готовность принять мучения за Имя Христово, проникся к ней глубоким уважением и даже предоставил ей и ее служанкам отдельный домик, где они жили в уединении, проводя время в непрестанной молитве. Отправляясь в военные походы, Рикс с благоговением просил молитв святой Лукии и возвращался с победами.

Через 20 лет святая Лукия, узнав, что император Диоклитиан воздвиг гонение на христиан, попросила Рикса отпустить ее в Италию. Она хотела вместе со своими соотечественниками прославить Господа. Рикс, под влиянием святой Лукии, к тому времени уже принял христианство и тоже возгорелся стремлением к мученическому подвигу. Оставив свой дворец и семью, он вместе со святой Лукией отправился в Рим. По приговору римского префекта Элия, они были усечены мечом. Вслед за ними были обезглавлены святые мученики Антоний, Лукиан, Исидор, Дион, Диодор, Кутоний, Аронос, Капик и Сатур († 301).


Преподобная Монинна, настоятельница Киллевийская

Св. Монинна (Moninne), иначе Дарерка (Darerca), родилась в семье короля Махты (Machta), чьи владения простирались от Лаута до Армаха, и Комви (Comwi), или Коман (Coman), дочери одного из северных королей. Св. Монинна была настоятельницей монастыря в Киллеви (Killeavy), Ирландия.

Считается, что она получила постриг от св. Патрика. Согласно иному преданию, св. Монинна была отшельницей на горе Слив Гуллион (Sliabh Gullion), где и отошла ко Господу.



Преподобномученик Евфимий (Любовичев), иеромонах


Преподобномученик Евфимий родился в 1875 году в селе Буда Монастырская Калужской губернии в семье зажиточного крестьянина Алексея Павловича Любовичева. Отец скончался, когда мальчику исполнилось тринадцать лет, и Ефим стал жить у брата до тех пор, пока не пришел срок идти на военную службу. Отслужив в армии, Ефим Алексеевич в 1902 году поступил в Оптину пустынь и 31 августа 1910 года был зачислен послушником в число братии.

В 1914 году, в связи с началом Первой мировой войны, Евфимий был снова призван в армию, служил в лазарете и попал в плен. По окончании войны в 1918 году он вернулся в Оптину, но монастырь вскоре был закрыт и превращен в музей, в котором Евфимий проработал до 1920 года, а затем поселился в городе Козельске и выполнял различные работы.

В июне 1930 года Евфимий отправился к архиепископу Смоленскому Серафиму (Остроумову), и тот рукоположил его в иеромонаха ко храму в городе Спас-Деменске. После рукоположения владыка обратился к иеромонаху Евфимию с напутственным словом, в котором призвал его служить верой и правдой Церкви и благословил смело проповедовать в защиту веры Христовой.

В Спас-Деменске отец Евфимий прослужил три месяца; в это время освободилось место священника в селе Боброво, неподалеку от его родного села, и отец Евфимий переехал туда. Но недолгим было его служение. 16 марта 1931 года он был арестован, заключен в брянскую тюрьму и на следующий день допрошен. Следователь спросил иеромонаха, что он думает относительно колхозов. «Я насчет колхозов думаю, – ответил отец Евфимий, – что в колхоз идти не могу по слабости здоровья; колхозы зависят от Божьей воли, но в Писании я нигде не находил про колхозы, а раз нет в Писании, то, значит, и колхозам не существовать».

30 марта следователь снова допросил священника, интересуясь, не агитировал ли тот среди крестьян против колхозов. Отец Евфимий сказал:

– Ко мне на квартиру часто приходили женщины беднячки и середнячки, я вел с ними беседу, и они меня спрашивали, идти ли в колхоз или нет. На их вопросы я отвечал, ваша воля, хотите – идите, но в Писании про колхозы ничего не сказано… А что я отсидел в тюрьме тринадцать дней, я очень доволен, ибо страдаю за веру, и в Писании сказано – страдать за веру, – добавил он.

– Признаете ли вы себя виновным в предъявленном вам обвинении в групповой антисоветской деятельности, направленной к подрыву и свержению советской власти путем использования бедняков и средняков для антисоветской агитации?

– Виновным я себя не признаю, против советской власти я не агитировал и мероприятиям советской власти не противодействовал. В свое оправдание показываю: я служил верой и правдой вере Христовой и всегда говорил, что все лишения происходят по воле Божьей и мы должны терпеть до смерти...


Протокол допроса Ефима Александровича Любовичева, 1931г.
(Протокол допроса Ефима Александровича Любовичева, 1931г.)


Летом 1931 года в брянской тюрьме резко участились случаи заболевания туберкулезом, заболел и отец Евфимий. 15 июля его поместили в тюремную больницу в тяжелом состоянии. 19 июля 1931 года иеромонах Евфимий скончался, пройдя до конца путь исповедника Христова.
Имя Евфимия включено в Собор новомучеников и исповедников Российских определением Свящ. Синода от 6 окт. 2005 г.



Святой благоверный Глеб Всеволодович, князь Городенский


Второй сын первого городенского князя Всеволод(к)а (не позднее 1117-1141/42) и Агафии, дочери киевского кн. Владимира Мономаха. Княжеский стол Всеволодка в Городне, вероятнее всего, следует видеть в совр. Гродно, в верховьях Немана; другие локализации - например, в низовьях Горыни - не учитывают наличия монументальных остатков древнерусского княжеского центра XII в. в неманском Гродно. Городенское княжество, вероятно, было создано Владимиром Мономахом между 1113 и 1117 гг. в целях военно-политической стабилизации пограничья с Литвой, а также для наступления на турово-берестейские владения его племянника кн. Ярослава Святополчича. Происхождение городенских князей неясно; закрепившееся в науке представление (идущее от В. Н. Татищева), будто Всеволодко был сыном дорогобужского кн. Давида Игоревича, внука блгв. киевского кн. Ярослава Мудрого, скорее всего является недоразумением (см.: Назаренко; ср. возражения Плахонина).

Глеб Всеволодович впервые упоминается в Ипатьевской летописи под 1144 г., когда он вместе со старшим братом Борисом участвовал в походе киевского кн. Всеволода Ольговича на Галич. Это значит, что, как и их отец, они скорее всего находились под верховной властью Киева. Городенским князем в это время был Борис. О месте княжения Глеба Всеволодовича можно строить предположения: возможно, им был Волковыск, позднее определенно входивший в Городенское княжество. Городенский кн. Борис участвовал в борьбе за киевский стол на стороне Изяслава Мстиславича против кн. Юрия Долгорукого (1149-1151), Глеб Всеволодович в этих событиях летописью не упоминается.

В 1166 г. городенским князем под рукой блгв. киевского князя Ростислава Мстиславича назван Глеб Всеволодович (по приказу киевского князя он участвовал в походе к Каневу для охраны идущих «из Грек» русских купцов). Как и его младший брат Мстислав, князь Глеб выступил на стороне волынского кн. Мстислава Изяславича в борьбе за Киев (в 1167 и 1170), однако, он не принял активного участия в действиях. Возможно, этим обстоятельством объясняется тот факт, что после взятия Киева в феврале-марте 1170 г. Мстислав Изяславич заключил договор только с младшим братом князя Глеба - Мстиславом Городенским. Другим объяснением может служить предположение, что Глеба Всеволодовича к этому времени уже не было в живых (впрочем, при описании событий лета - осени 1173 летопись упоминает не названных по имени городенских князей). После 1170 года Глеб Всеволодович больше не упоминается в летописях.
Об особом почитании святых Бориса и Глеба в семействе городенских князей свидетельствуют не только имена Бориса и Глеба Всеволодовичей, но и посвящение этим святым каменного собора в Городне на Коложе, построенного в 1180-90-х годы (сохранились стены, кроме южной, до высоты сводов). Есть основания считать принадлежащей князю Глебу обнаруженную в Дрогичине небольшую свинцовую печать-пломбу с изображением св. Глеба на одной стороне и св. Симеона Богоприимца (вероятно, святого - покровителя его отца Всеволодка) - на другой.


Почитание

Надежные ранние свидетельства о почитании князя Глеба отсутствуют. Сведения об его изображении под 6 и 7 июля содержатся в иконописных подлинниках XVIII - нач. XX в., где он назван смоленским правителем и где говорится, что его мощи почивают в смоленском соборе. По-видимому, речь идет о смоленском кн. св. Глебе Святославиче. Е. Е. Голубинский приводит свидетельство иконописного подлинника о «святом благоверном великом князе Глебе Всеволодовиче, иже в Киеве чудотворце». Однако в данном случае возможна контаминация Глеба Всеволодовича с минским кн. Глебом Всеславичем, погребенным в Киево-Печерском монастыре. Впрочем, участие городенских князей в борьбе за киевский стол, их близость к киевским князьям Изяславу Мстиславичу и Мстиславу Изяславичу могут служить объяснением того, что в поздних текстах Глеб Всеволодович назван Киевским чудотворцем.


Тропарь благоверному князю Глебу Всеволодовичу Городенскому (иже в Киеве)
глас 2
В постничестве от юности добре подвизався, Богомудре, ум на враги мужески вооружив, оружием крестным сих победил еси, твердомуд-ростная повлача, в душу вложи свою. Темже похваляем тя, княже наш Глебе, яко постни¬ком ты еси удобрение, Киеву — слава и всей Русстей земли — утверждение.


Преподобномученик Феодор (Богоявленский), иеромонах

Преподобномученик Феодор (Богоявленский), иеромонах

Память 6 июля, в Соборах новомучеников и исповедников Церкви Русской, Московских святых и Воронежских святых.

В миру Богоявленский Олег Павлович, родился 26 декабря 1905 года в Тегеране в семье русского консула в Персии Павла Георгиевича Богоявленского. 19 января 1911 года Павел Георгиевич был убит персами, и его жена Ольга Петровна с тремя малыми детьми вернулась в Санкт-Петербург.

Олег начал учиться в ремесленном училище. После революции семья осталась без средств к существованию. Когда в Петрограде начался голод, брат Ольги Петровны, профессор Александр Нечаев, взял семью сестры в Саратов. В 1921 году голод начался и в Саратове. Олегу удалось поступить на работу, и он стал получать паек. Но вскоре отрок заболел суставным ревматизмом, и работу пришлось оставить.

Позже Александра Петровича перевели в Москву, а в 1922 году по его приглашению выехала в Москву и Ольга с семьей. Здесь они получили комнату. Жили более чем скромно. В Москве Олег окончил курсы по подготовке в высшее учебное заведение и в 1923 году поступил на медицинский факультет Московского университета. Но занятий в университете и литературном кружке оказалось для него недостаточно, он искал, чем послужить людям, и стал принимать самое активное участие в борьбе с беспризорностью. Ольга Петровна очень беспокоилась за него, но, будучи сама человеком глубоко религиозным, не могла противиться христианскому подвигу сына. Она воспитывала детей в покорности воле Божией. "Что бы ни случилось, - говорила она детям, - никогда не забывайте, что на все воля Божия". С детства она приучила их ходить в храм. Олег с сестрой Ольгой пели на клиросе храма в честь Грузинской иконы Божией Матери, а младший брат Георгий был чтецом и прислуживал в алтаре.

В 1926 году Ольга Петровна тяжело заболела. Олегу пришлось уйти с 4-го курса университета и поступить на работу делопроизводителем в Народный комиссариат просвещения. В 1927 году Ольга Петровна скончалась. В том же году Олега взяли на военную службу. Он был зачислен в полк связи. Служа в армии, Олег не скрывал своей веры и христианских убеждений, и это было замечено начальством. Его посадили на пять суток на гауптвахту. Оканчивал он службу в санитарном отделе Московского военного округа.

По возвращении из армии Олег стал посещать Высокопетровский монастырь, настоятелем которого был в то время архиепископ Варфоломей (Ремов). Владыка благословил Олега обращаться для руководства в духовной жизни к архимандриту Никите (Курочкину), насельнику Зосимовой пустыни. Летом 1929 года храм в Петровском монастыре был закрыт, и монахи перешли в храм преподобного Сергия на Большой Дмитровке. С переходом монашеской братии в приходской храм богослужения в нем стали совершаться по монастырскому уставу. Здесь Олег принял твердое решение - всю жизнь свою посвятить только Господу, не разделяя и не смешивая своих душевных устремлений ни с чем земным, встать на путь монашеского подвига и идти по нему до самой смерти.

храм преподобного Сергия на Большой Дмитровке, разрушен в 1934 году
(храм преподобного Сергия на Большой Дмитровке, разрушен в 1934 году)


4 ноября 1930 года он принял монашеский постриг с именем Феодор в честь преподобного Феодора Студита и вскоре был рукоположен в сан иеродиакона ко храму преподобного Сергия.
Среди братии Высокопетровского монастыря был в то время молодой архимандрит Алексий (Сергеев). В начале 1933 года он подал в правоохранительные органы сведения о том, что при храме преподобного Сергия созданы нелегальный монастырь и Духовная академия, и во время следствия выступил свидетелем обвинения против братии и прихожан Сергиевского храма.

28 марта 1933 года иеродиакон Феодор был арестован. Всего по этому делу было арестовано двадцать четыре человека - священнослужители и миряне.
В начале апреля следствие было закончено, и 27 апреля 1933 года особое совещание при коллегии ОГПУ приговорило иеродиакона Феодора к трем годам заключения в исправительно-трудовом лагере в Новосибирске. Его отправили этапом уже 7 мая. Перед этим позволили повидаться с сестрой. Он вышел к ней радостный и бодрый. Благодать Божия давала силы быть стойким и мудрым; узы, которые пришлось переносить ради Христа, не были омрачены малодушием и тем более предательством и устрояли мирное состояние духа.

В мае 1934 года он был отправлен во Владивосток, в 1-е отделение Дальлага. Во время посадки заключенных на пароход у отца Феодора отнялись ноги. Несмотря на жесточайшие побои, он не смог встать, и конвой вызвал врача. Осмотрев его, доктор убедился, что перед ним действительно больной, которому нужна неотложная помощь.
Впоследствии врач выяснил, что попавший к нему заключенный имеет незаконченное медицинское образование, и взял его к себе помощником. Иеродиакону Феодору пришлось ассистировать более чем при ста операциях, удалять зубы и даже принимать роды, так как в лагере, кроме врача и него, медицинского персонала не было. Желая как можно больше принести пользы страждущим, он явился для них врачом не только телесным, но и духовным, укрепляя словом больных и умирающих.

Иеродиакон Феодор вернулся из лагеря, пробыв там полных три года. Первое время он жил в Егорьевске, а затем переехал в Тверь.
При освобождении отца Феодора из заключения врач приложил к документам ходатайство о предоставлении ему возможности закончить медицинское образование. Нужно было решить вопрос: стать врачевателем телесным или идти дальше по тесному и скорбному пути священноинока, который в то время неизбежно вел на Голгофу. Сестра его Ольга стала молиться перед Казанской иконой Божией Матери, которой благословила их мать, и вдруг словно ясно услышала голос: "Вземшийся за орало, да не зрит вспять". Она повторила эти слова вслух. Отец Феодор внимательно выслушал их и, кротко улыбнувшись, сказал: "Спасибо тебе, одна только ты меня поддержала, мне так это было нужно".

После этого он уже не сомневался в выборе пути и пошел в Патриархию, заявив, что хочет служить и принять священство. Он был направлен иеродиаконом в большое село Амельфино Волоколамского района Московской области в помощь старому протоиерею. Однако вскоре пожилой священник был сослан, а храм закрыт. Отец Феодор почти до самого своего ареста материально поддерживал матушку арестованного собрата.

12 мая 1937 года отошел ко Господу духовник и наставник отца Феодора архимандрит Никита (Курочкин), служивший в храме села Ивановского неподалеку от Волоколамска. Смерть духовника стала большой потерей для иеродиакона, и он говорил: "я готов еще раз пережить заключение, лишь бы был жив батюшка".

Прихожане храма в селе Ивановском предложили отцу Феодору занять место почившего священника, на что он дал свое согласие. После этого он и председатель церковного совета отправились в Москву с ходатайством о рукоположении иеродиакона Феодора в сан священника ко храму мученика Иоанна Воина в селе Ивановском.
Ходатайство было удовлетворено. Рукоположение состоялось в храме в честь святых апостолов Петра и Павла на Преображенской площади в Москве. Первую свою службу иеромонах Феодор совершил на сороковой день после кончины архимандрита Никиты.

С великой ревностью и самоотверженностью исполнял отец Феодор свои пастырские обязанности. Когда нужно было причастить больного, он отправлялся из дома в любую погоду - в дождь, в сильный мороз и в распутицу, идя по топкой от грязи дороге. Денег за требы он не брал, а когда видел нищету, то сам по мере возможности старался помочь. Своими трудами и милосердием он стяжал любовь всех своих прихожан.
В это время власти закрывали храмы, требуя уплаты непосильных налогов. Если священник не мог заплатить, то власти лишали его регистрации, а значит, и возможности служить, а храм закрывали. Так произошло и с иеромонахом Феодором. Он не смог уплатить налог, и храм в селе Ивановском был закрыт. Тогда староста Троицкого храма в селе Язвище, Мария Васильевна, продала корову и лошадь и уплатила налог за священника. Он снова стал служить, но уже в селе Язвище, где незадолго до этого был арестован настоятель храма - протоиерей Владимир Медведюк.

Иеромонах Феодор прослужил здесь около года, так же ревностно исполняя свои пастырские обязанности. В декабре 1940 года власти потребовали от него собрать и уплатить явно завышенную сумму налога. Средств у священника не было, и дело передали в суд, куда он был вскоре вызван и где его встретили представители властей, предложившие стать осведомителем.
Выслушав предложение, отец Феодор встал во весь свой высокий рост и ответил: "я не воспитан доносчиком!"
Отцу Феодору был выдан паспорт с пометкой, запрещающей ему проживание в Московской области как человеку, отбывавшему срок в исправительно-трудовых лагерях.
Подвижник уехал в село Завидово Тверской области, а затем тайно переехал в Востряково к сестре.
Он поселился в маленькой комнате, ставшей его кельей. Уезжая в Москву на несколько дней, сестра оставляла ему продукты и вешала на наружную дверь замок. В тишине и уединении батюшка сурово постился и много молился, готовясь к смерти.

В самый день начала войны, 22 июня 1941 года, власти выписали ордер на арест иеромонаха Феодора, однако долго не могли его найти. Арест состоялся только 8 июля. На следующий день начались изнурительные допросы.
Следствие велось сначала в Москве, а затем, когда немцы стали стремительно приближаться к столице, иеромонах Феодор в конце июля 1941 года был перевезен в Саратов. В течение долгого времени его ежесуточно вызывали на допросы ночью, не давали спать и беспощадно подвергали мучениям. От него требовали, чтобы он назвал всех своих духовных детей и тех, с которыми близко общался. Понимая, какой вред это может им нанести, отец Феодор отказался называть их имена.

- Вам предъявлено обвинение в том, что вы, находясь на нелегальном положении, являлись одним из руководителей контрреволюционной организации церковников и проводили антисоветскую пораженческую агитацию. Вы признаете себя в этом виновным? - спросил следователь.
- В предъявленном мне обвинении виновным себя не признаю, так как выдвинутое мне обвинение является необоснованным, - ответил священник.

8 сентября закончился отведенный законом срок следствия, и следователи испросили у прокурора разрешение на его продление, мотивируя это тем, что "по делу необходимы дополнительные допросы арестованного с целью вскрытия его антисоветской работы и связей". Затем допросы с применением пыток возобновились.
Однако за время, дополнительно отведенное для продолжения следствия, от исповедника так ничего и не удалось добиться. Следствие по делу иеромонаха Феодора продолжалось около двух лет. К февралю 1943 года благодаря его стойкости были освобождены все, кто привлекался по делу вместе с ним и у кого он останавливался, бывая в Москве.
В начале июня затянувшееся следствие было закончено, и 26 июня особое совещание при НКВД постановило приговорить иеромонаха Феодора к пяти годам ссылки в Красноярский край. После приговора священника перевели из Саратова в город Балашов.

Суровые условия длительного тюремного заключения и пытки сокрушили здоровье священника. Преподобномученик Феодор (Богоявленский) скончался в тюрьме города Балашова 19 июля 1943 года. Место погребения его неизвестно.

Преподобномученик Феодор (Богоявленский), иеромонах 1


Причислен Юбилейным Архиерейским Собором Русской Православной Церкви в 2000 году к лику новомучеников и исповедников Российских.


Тропарь
глас 3
Церкве Русския столпе непоколебимый / благочестия правило, / жития евангельского образе, / преподобномучениче Феодоре, / Христа ради пострадавый даже до крове, / Егоже моли усердно, / яко Начальника и Совершителя спасения, / Русь Святую утвердити в Православии // до скончания века.

Кондак
глас 3
Мирскаго мятежа удаливыйся, / добре Богу послужил еси, / во дни же гонений на Церковь Русскую / кровь Твою за Христа пролиял еси / и страданьми твоими землю нашу обагрил еси. / Темже молися преподобномучениче Феодоре, / сохранитися ей в православии и благочестии // до скончания века.

Tags: Новомученики и Исповедники Российские, Православие, Святые дня
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments